Будни Рокена

Световые шары он, разумеется, погасил, не намереваясь расходовать силы еще и на подобную мелочь, но кто-то из бойцов положил на пол факел, да и барьер мерцал светло зеленым, как молодая листва, приглушенным светом. Тоннель на десяток шагов был сумрачным, дальше балом правила непроглядная темень.

Дракониды приближались, выходили из мглы медленно и абсолютно неслышно.

«Это тебе не закованные в латы бойцы в высоких сапогах с подбитыми металлом подошвами, — подумал Рокен, — у этих на ногах мягкие ботинки из кожи неведомых существ, наверняка достаточно прочные, чтобы не смотреть вниз постоянно, боясь отдавить хвост или лапу собрату, который обязательно извернется и ужалит в ответ».

Внешне дракониды практически не отличались от людей, разве лишь были выше на полголовы и шире в плечах, а еще с хвостами, как у ящериц. И лица почти такие же: высокий лоб, два глаза — крупнее обычного, но их не уродующие (пожалуй, даже наоборот, наделяющие странной красотой), прямой нос, небольшой рот. А вот языки у некоторых раздвоенные, как у змей, и зрачки изменчивые: то узкие вертикальные, то круглые людские, то вообще горизонтальные прямоугольные — короче, сумасшествие какое-то, а не зрачки.

С радужкой дела обстояли не лучше. Одинакового цвета глаз у драконидов не встречалось никогда, разнясь от серебристо-белых до полуночно-синих и гематитовых. Порой оттенки так сочетались между собой, что лишь диву даваться приходилось. Только глядеть в них все же не стоило. Дракониды влияли на людей приблизительно так же, как удавы на кроликов.

Полуголые, одетые лишь в черные штаны, с кожей, отливающей металлическим блеском, дракониды наверняка чувствовали себя под лучами обновленного солнышка превосходно. Под землю они лезли только за людьми — неизвестно для чего, вряд ли любили лакомиться человечиной, скорее, попросту желали избавиться от конкурентов. В руках они сжимали странного вида оружие, состоявшее из длинных трубок с утолщениями на конце и короткого полукруглого рычага, на котором держали палец.

«Аналог людских арбалетов, — решил Рокен, — стреляющий дротиками, вероятнее всего изрядно политыми ядом».

До него долетел тихий шепот… речь… слова… И показалось — если прислушаться к ним внимательнее, можно разобрать смысл. Но нельзя! Точно нельзя! Рокен ощутил прикосновение к сознанию — пока осторожное, нисколько не давящее, и посильнее стиснул челюсти. Так дракониды обычно и действовали. Люди, какие послабее, сами сдавались им в плен. Разумеется, больше их никто не видел.