Хранитель пограничной крепости

Все ниже опускаются тучи, все ближе, все грознее рокочет гром, и вот неистовый ливень обрушивается на крепость.

И не сразу понимают защитники Найлигрима, что атака Подгорных Тварей слабеет, глохнет, захлебнулась... угасла!

В потоках дождя, в прилипшей к телу мокрой одежде, молча стояли люди, слишком обессиленные, чтобы радоваться. Факелы с шипением гасли, и лишь стальная вертушка, замедляя ход, продолжала разбрасывать со стены последние искры «небесного огня», которым не страшен был никакой ливень.

Упругие струи прибили туман к земле, и теперь только густеющий сумрак скрывал долину, ближе к крепости усеянную недвижными телами.

Самые зоркие разглядели, как метнулись на опушке и скрылись в чаще гибкие серые спины. Мага в его черном балахоне не сумел углядеть никто.

 – Победа, – негромко сказал Хранитель. Слово эхом прошелестело по стене и опрокинулось вниз – туда, где домолачивали у шаутея последних Людоедов.

Обернувшись, Орешек с удивлением увидел рядом с собой почтенного Аджунеса.

Боевая куртка на толстяке казалась маскарадным одеянием; огромный шлем выглядел бы тоже весьма комично, если бы его красивый гребень не был свернут на сторону тяжелым ударом.

 – Да, – сказал Аджунес, заметив взгляд Хранителя. Губы шайвигара тряслись, голос срывался. – Это меня с ног сбили... и кто-то наступил мне на голову... кажется, Людоед...

 – К чему было рисковать, почтеннейший? – мягко попенял ему Сокол. – Ты же не воин, тебе нашлось бы дело и внизу.

Толстяк выпрямился, губы его перестали дрожать.

 – Я – Левая Рука, – сказал он с достоинством. – Без меня Хранитель будет однорук. Я не воин, это верно, и на стене от меня было мало пользы... но солдаты должны были видеть меня в бою!

Орешек с уважением взглянул на собеседника, который открылся ему с новой стороны.

 – Ладно, у нас еще много дел... Где дарнигар?

 – Дарнигар не может подойти, – неохотно отозвался один из наемников.

 – Ранен? – встревожился Хранитель.

 – Э-э.

.. нет... он спит. И лучше его не будить, господин мой!

 – «Ведьмин пепел», – сладким голосом подсказал Аджунес. – Годы, годы, берут свое! Харнат Дубовый Корень из Семейства... прошу прощения... Прешта... уже не тот, кем был в молодости!

Орешек усмехнулся: все становится на свои места, жизнь продолжается.

 – Что ж, Левая Рука, тогда примешь командование ты. Распорядись: нужно сделать вылазку и перенести в крепость тела бойцов, сорвавшихся со стены.