Хранитель пограничной крепости

Но – через порог храма!

Лет девять-десять назад, когда Илларни простудился и бредил в жару, перепуганный мальчишка выгреб немного серебра из тайника в стене «сторожевой башни» (выздоровеет хозяин – пусть ругается!) и помчался в храм Того, Кто Зажигает и Гасит Огни Человеческих Жизней. Навсегда запомнилось Орешку умное, сочувственное лицо вышедшего к нему жреца, его прохладная старческая рука на плече и то, как внимательно и ласково выслушал этот тихий человек его бессвязные слова. Жрец пообещал просить Безликих за Илларни, но на всякий случай посоветовал обратиться к лекарю, а до его прихода – растереть больного смесью крепкого вина и уксуса.

И серебро из детской ладошки жрец взял не все, оставил половину для лекаря.

Позже, когда хозяин встал с постели и сидел, исхудавший и бледный, у очага, Орешек задал каверзный вопрос: что же помогло – молитвы или вино с уксусом? Илларни весело приподнял бровь: «А разве одно мешает другому?»

Когда Орешек очутился в Аршмире, первую же заработанную монету он понес в Дом Безликих.

Во-первых, беспокоился за судьбу хозяина. Во-вторых, хотел доказать людям, богам и самому себе, что он больше не раб.

Юноша выбрал храм Того, Кто Движет Светилами, потому что хозяин был астрологом. Орешек долго слонялся по площади перед храмом, а потом собрался с духом и осквернил святое место своим присутствием. И ничего, обошлось. Не грянул гром, не рухнули стены, светила эти самые не съехали со своих орбит. Жрец согласился молиться за здоровье и удачу мудрого Илларни из Рода Ульфер, причем согласился с особым удовольствием, поскольку читал и перечитывал его труды.

..

Конечно, смешно сравнивать тот аршмирский храм с Домом Безликих, стену которого подпирал сейчас плечом Орешек. Все равно что сравнивать столичный особняк с крестьянской лачугой. Здесь нет ни витых колонн, ни сводчатого потолка, расписанного под звездное небо, ни свисающих на цепочках серебряных светильников, каждый из которых – произведение искусства. И жертвенников тут сразу два – стало быть, двое Безымянных мирно уживаются под рассохшейся деревянной крышей.

Правда, совсем убого маленький храм не выглядит: стены кто-то разрисовал травами и цветами – может, и не очень умело, зато красочно и с явной любовью.

Жрец объяснил, что один из жертвенников – каменная плита с углублением, в котором дрожал над углями огонек, – принадлежит Тому, Кто Одевает Землю Травой, в его честь и стены так расписаны. На краю плиты – глиняный кувшин с вином и медная чаша с пшеничными зернами.