Аристократ. Пять Грязных Искусств

И пока шли, пустота коридора отдавалась гулким эхом наших шагов, размеренных и совсем не торопливых. Наверняка, именно так люди из высшего света совершают свой светский моцион.

Сильвер рвалась в бой, это чувствовалось. В её лисьих глазах горел азарт. Не знаю, как со стороны выглядел я сам, да и не хотелось этого представлять. Пока мой вид — лишь функция, метод достичь цели, а когда оболочка расколется, тогда и посмотрим, что из этого выйдет.

На стене коридора я заметил пару прикрепленных листовок с моей фотографией, и душу мгновенно окатила горечь, значит, теперь для всей школы Рэя Питона не существует.

— Вас хотят поприветствовать, — шепнула мне Сильвер.

Я не сразу сообразил, что она имела в виду, поэтому никак не среагировал.

Но когда мы вышли в холл, еле сдержал гнев.

Ну что за идиотские сюрпризы?..

Каменный пол холла был полностью застелен красными коврами, стены украшали фонари, по углам стояли букеты цветов в огромных напольных вазах, а по периметру холла, плечом к плечу в торжественной линейке, выстроились ученики западного крыла, не меньше сотни человек.

И они явно не понимали, кого ждут.

А когда увидели…

Их лица вытянулись. Они, без сомнений, уже видели листовки и читали газетные статьи о похищении внука императора, но наверняка не предполагали, что я снова объявлюсь в школе.

И все эти люди — ученики и преподаватели — уставились на меня.

— Мы приветствуем в нашей школе Его Высочество принца Теодора Ринга! — объявила Сильвер.

Как по команде, люди склонили головы в едином низком поклоне.

А потом выдали аплодисменты.

Я скользнул взглядом по старшеклассникам и мгновенно отыскал Дарта Орривана. Тот смотрел на меня пристально, с ненавистью. Ещё и недобро щурился. На его месте я бы смотрел точно так же, ведь у него имелись веские причины считать меня предателем.

Да чего удивляться. Все смотрели на меня с ненавистью, даже самые мелкие пацаны. Они воспринимали меня «крысой Рингов», отпрыском ненавистного имперского рода и лжецом, обманувшим их доверие.

Они ненавидели меня.

Все до единого.

Возле Дарта стоял Купер, он морщился и явно еле держался, чтобы не плюнуть в мою сторону. Через два человека от Купера я заметил Питера Соло. На его лице читалась не только ненависть, но и злость.