Аристократ. Пять Грязных Искусств

Сейчас разбредутся по всей школе, а мне потом отвечать.

Очкарик слишком много на себя брал.

— А вы чего уселись? Идите в библиотеку! — рявкнул он на нас.

Дарт снова выставил средний палец.

— Катись, заморыш.

Хинниган ткнул пальцем очки на вздёрнутом носу.

— Да пошли вы оба! — и тоже вышел.

В кабинете воцарилась тишина. И надо было отправляться вместе со всеми в библиотеку, но меня придавило к стулу так, что не подняться. Пока шёл урок, симптомы лихорадки хоть как-то отходили на второй план, но сейчас она снова охватила тело.

— Рэй, ты выглядишь так, будто сейчас в обморок свалишься, — хмыкнул Дарт. — Сотрясение мозга получил, точно тебе говорю.

Достал он со своим сотрясением мозга.

— Да нормально всё, — я заставил себя подняться.

Но тут с ужасом ощутил, как огромная волна тошноты начинает набирать силу внутри меня, в районе желудка, и точно лава в проснувшемся вулкане, поднимается к горлу.

Нет, только не это.

Я зажал рот ладонью и ринулся из кабинета, расталкивая учеников в коридоре.

Чёрт… только бы добежать!..

***

Я ворвался в туалет, налетев на какого-то парня и сбив его с ног. Кинулся к раковине — она сейчас была ближе всего.

Меня вывернуло прямо туда.

И столь болезненных приступов рвоты я отродясь не припомню, аж до слёз. Ощущение, что внутри что-то переламывается и, скребя внутренности, выходит наружу, в глотке превращается в кашу с иголками… и всё лезет и лезет, готовое порвать изнутри…

Я закашлялся и включил воду.

Надо было смыть с раковины всю эту дрянь: сизо-голубую субстанцию с вкраплениями кровяных сгустков. Треклятый овеум теперь лез из меня не только ручьями пота, и я боялся даже представить, что будет дальше.

— Питон… эй… тебе плохо? — опасливо спросили у меня.

Кажется, это был тот самый парень, которого я сбил с ног.

Не поворачиваясь к нему, я прохрипел:

— Мне нормально. Вали отсюда.

Повторять не пришлось, парня как ветром сдуло.

За спиной хлопнула дверь, и всё стихло. Я пару минут постоял, склонившись над раковиной, громко сопя, сплёвывая тягучую сизую слюну и дожидаясь, пока приступ схлынет. Потом сполоснул лицо и руки, пригладил взъерошенные волосы перед зеркалом.

Но лучше бы вообще туда не заглядывал.

Ужасный у меня был вид: серая, как у мертвяка, кожа, воспалённые покрасневшие глаза, безумный взгляд.