Метрополис

Я, конечно, искала новое место, но сейчас половина женщин Берлина ищет работу, так что я знала: ничего у меня не выйдет. Если бы меня не уволили, я бы ни за что в такое не впряглась. За жилье нужно платить, вот Фриц и предложил идею, а я согласилась – все лучше, чем терпеть побои.

– Туфли, которые были на вас. В стиле Саломеи, от «Хеллстерна». Дорогие.

– Девушка должна выглядеть на все сто.

– Где вы их взяли?

– Подруга украла на заказ в Вертхайме.

– А очки?

– Некоторым мужчинам нравятся секретарши.

Особенно на том пятачке к северу от Силезского вокзала. Они принимают тебя за соседскую девчонку, и это придает им уверенности.

– Это ведь в двух шагах от фабрики Юлиуса Пинча, не так ли?

– Верно. Иногда мой дорогой муженек после поздней смены отыскивал меня и отнимал все заработанное, чтобы купить себе кружку-другую пива. Таким уж чутким был Франц. Говорил, что присматривает за мной, как настоящий альфонс, но я считала иначе. Дело-то было опасное. Я это знала. Мы все знали.

Никто не забыл Карла Гроссмана. Он убил бог знает сколько женщин в том самом районе Берлина. Когда это было?

– Между девятнадцатым и двадцать первым годами.

– Говорят, своих жертв он съедал.

– Нет, это делал Хаарманн. Гроссман просто разрубал их на части. Обычно в своей квартире на Лангештрассе. Но вы правы. Это недалеко от того места, где вас убили.

– Ублюдки. По-моему, все мужчины – ублюдки.

– Наверное, вы правы.

– Ты, должно быть, такой же. «Быки» не лучше остальных.

Даже хуже. Забираете деньги из-под матрасов или «снежок» толкаете, притворяясь, что уважаете закон. Но иногда вы хуже всех. Кто был тот ублюдок-полицейский с «Алекс», который несколько лет назад убивал женщин? Тот, которому по рукам надавали и отпустили.

– Бруно Герт.

– Ты его знал?

– Да. Но не сказал бы, что его просто отпустили.

– Нет? Но он же сохранил голову на плечах?

– Это правда, но теперь он в психушке. И, скорее всего, останется там до конца своих дней. Собственно говоря, пару месяцев назад я его навещал.

– Наверное, это было очень приятно для вас обоих. Говорят, он устроил целое представление перед судьей. Притворялся безумным. Он знал, как работает система, и суд купился.

– Может, и так. Не знаю. Я сам на суде не присутствовал. Но давайте вернемся к тому, что случилось с вами, Матильда. Расскажите мне о том вечере, когда вас убили. И примите мои соболезнования.

– Вечер начался в «Хакебаре». Обычное дело.