Тихая война

- Вот, по этой дороге и до старого шато, и до озера можно добраться, - сказал крестьянин. - К домику Иверо тоже, нужно только с основной дороги на тропку охотничью сойти и уже ее держаться.

Выдав это, Лука замолк и по очереди оглядел спутников, будто вопрошая может ли он еще им чем-то услужить.

- Спасибо за прогулку, Лука! - убедившись, что мужчинам более нечего спрашивать, поблагодарила Вивьен.

- Ты замечательный провожатый! - улыбнулась она, как всегда обезоруживающе очаровательно. И хоть улыбка эта предназначалась не ему, Эйнеке невольно улыбнулся в ответ.

- Вы слишком добры, госпожа Кассандра! - отозвался Лука, затем они распрощались, и крестьянин был таков.

Четыре пристальных взгляда проводили его, а когда мужчина ушел достаточно далеко, чтобы не услышать то, что слышать ему не следовало, Эйнеке сказал:

- Что-то здесь нечисто, - он озвучил свои подозрения: - Этот Аксель…

- Много себе позволяет для наемника, - согласилась Вивьен.

- Угу, - поддакнул Наталь, а сир Эрик лишь молча кивнул.

- Я переговорю с Орландо, - решительно сказала Вивьен, - может с глазу на глаз он будет более откровенен.

Сир Эрик еще раз кивнул:

- Тогда я поспрашиваю рабочих, - сказал он. - И эту Элизу тоже.

- Славно! - одобрил Эйнеке.

- Чем займетесь вы, мастер Вейнс? - тем временем спросил у Эйнеке сир Эрик.

- Осмотрим лес, Черный! Что же еще? - усмехнулся Наталь, будто бы рыцарь спросил какую-то глупость.

Эйнеке же впервые за утро ощутил какое-никакое удовольствие. Близнец его, конечно, иногда был той еще занозой в заднице, но, стоит признать, Наталь как никто другой умел понимать его без слов и предугадывать замыслы.

- Разве это не слишком опасно? - спросила Вивьен. Лицо ее оставалось невозмутимым, но вот во взгляде, устремленным на Эйнеке, читалась тревога.

Эйнеке не сдержал новой улыбки: уверенной и ободряющей.

- Не думаю, - сказал он непринужденно. - Мы же охотники!

VIII. Зверь Сиреневых холмов. Охота в лесу. И после

“Милый лесок!” - что-то такое выдал Наталь, когда он и его близнец оставили позади и великолепное шато, и домики прислуги.

Зеленые кипарисы и стройные ясени, раскидистые дубы, каштаны и синие очертания далеких гор на северо-западе. Купаясь в золотых лучах южного солнца, они радовали глаз, а звонкое птичье пение и стрекот букашек в траве – слух.