Пророчество Сингамара

Затем, зрелищно взорвав одну из стен, в зал влетели Амазира и Юнора.

– Мы разрушили казармы и стрельбища, – отчиталась Юнора, спрыгивая с рук ангела. – О! Вот и тот, кто нам нужен.

Волшебница подошла вплотную к орку, и тот, скованный магией, рухнул на пол, не шевеля даже пальцами. Пигал подсел к нему на согнутых ногах и взглянул прямо в темно-зеленые глаза.

– Я Пигал, сын короля Хотии, Его Величества Товура. Я воевода армии Хотии, действую от имени своего отца. Назовись!

Орк злобно сверкнул глазами и попытался вскочить, но магия накрепко сковала могучее тело.

В бессилии орк уткнулся лицом в пол, досадно рыча.

– Я не люблю повторять! – Пигал кивнул Амазире, и та вновь положила ладонь на орка. Правитель Неоры забился в конвульсиях, даже путы не смогли сдержать его агонии. Принц махнул рукой, и Амазира отвела руку.

Немного отдышавшись, орк выдавил из себя несколько слов.

– Зерк, властитель Неоры. Не думал, что человеки, о которых рассказывал Растеун, так быстро решатся на глупость. Вы даже не знаете, во что ввязались…

– Я слышал это уже не единожды! – отмахнулся Пигал.

– И до сих пор жив! Назови ваши силы, живо!

Орк немного приподнял голову и плюнул в ноги принцу. В ответ ангел приложил ладонь к его спине, и Зерк вновь задергался в муках. Так длилось несколько секунд, пока среди криков боли не послышалось заветное «Ладно!». Амазира убрала руку, давая орку передышку. Когда взгляд Зерка прояснился, он рассказал, что в библиотеке его башни есть карта континента. О силах Тириза он сказал лишь то, что их хватит с лишком, чтобы стереть горстку людей с лица этого мира.

Что ж, поживем – увидим.

На следующий день Зерк провозгласил на главной площади, что Неора отныне принадлежит людям. Все орки женского пола, а также старики и дети должны покинуть город до заката, иначе будут убиты или порабощены. Сам орк остался жив, но, как и все остальные выжившие мужчины их расы, теперь работал на благо Хотии.

Вскоре внутри города образовался поток всех освобожденных с их пожитками на плечах.

Они двигались длинной цепочкой на восток, оставляя на снегу широкую тропу из следов. Раздавались стенания и плач детей, лишенных родителей, почти овдовевших жен. Но орки поступили бы еще хуже, почему-то в этом Пигал был уверен. Слишком рьяно серокожие обещали смерть всему человечеству.

С этого момента пришла пора заняться укреплением города. Несмотря на приближающуюся зиму, орки могут в любой день попытаться поставить точку на горстке людей, посягнувших на их земли.