Виашерон 1. Падение Дома Теккен'ар

Глаз выхватывал в городе колонны и памятники великим деятелям прошлого, богине Эстрикс, массивным паукам, что взирали на жителей сверху-вниз. Рассеянный шум живого города отражался от стенок сооружений и волнами накатывал на меня. Я видел крошечные фигуры, что передвигались по запутанным улицам этого города, странного и даже ужасного, но бесспорно врезающегося в память. Прямо под нами виднелись башенки и шпили нижних этажей, некоторые украшали угрожающие символы Дома Теккен’ар в виде мутировавшего анкха, что как флюгеры торчали на выступающих из черепицы стальных стержнях.

Соверетт подошёл на негнущихся ногах и замер сбоку от меня.

— Я не думал, что когда-нибудь увижу его снова, Гвин, — его голос дрогнул, словно в горле внезапно пересохло. — Аскеш — страшное место, полное предательства и убийства. И всё же я люблю его, — добавил он. — Это делает меня ненормальным, да?

— Безусловно. Мы все психи, раз назвали подземелье своим домом, но ведь это дом, а его не выбирают? — я улыбнулся, подбадривая тёмного эльфа.

Соверетт кивнул и улыбнулся в ответ. Он отвернулся, стиснул каменные перила и молчаливо смотрел на город четверть часа. Я не мешал. Пятнадцать лет в плену, эльф, наверняка, мечтал снова вдохнуть запах Аскеша — запах свободы.

Перед тем, как покинуть террасу, я задал мучающий меня вопрос.

— Объясни мне, Соверетт, почему враги не поднимутся на этот балкон с помощью Левитации, и не убьют всю верхушку Дома Теккен’ар? Это же настолько уязвимое место в обороне всего Дома.

Эльф посмотрел на меня, как на умалишённого, словно я на полном серьёзе спросил его «почему при прыжке мы не падаем в небо?».

— Гвинден, ты же один из Двуживущих, да? — спокойно поинтересовался он.

— Что?

— Ты принадлежишь к породе тех загадочных существ, что никогда не умирают навсегда. Вы неизменно воскресаете на ближайшем кладбище. Вы становитесь гораздо сильнее со временем, причём развиваетесь такими темпами, что заставляют самых могущественных из нас кусать локти от зависти. Иногда буквально растворяетесь в воздухе, чтобы через несколько часов появиться на том же месте.

Я замер, не зная, как реагировать. Признаться? Отрицать?

— По лицу вижу, что прав, — продолжил напарник. — Тебе бы следовало лучше управлять своей мимикой. Любой дроу знает, что потеря самоконтроля очень быстро ведёт к гибели.