Истории мудрого дракона

И перед отцом впервые предстало таинство драконорожденья. Много знаю и умею драконы, но некоторая информация скрыта до поры до времени даже от них.

– Ненаивжу-у-у тебя-я-я Драко-о-он! – закричала Нюри не своим голосом и вдруг напряглась всем телом.

Боль стеганула по животу раз-другой, накатывая волнами. А затем всё обернулось сплошным цунами боли. Но если прежде Дракон видел, как огромные волны накатывают не берег, смывая деревья и строения людей, то теперь на каменный пол пещеры всего лишь упало бледно-розовое яйцо.

Будь оно куриным, утиным или даже страусиным (всё-таки дракон немало повидал за время своих путешествий по миру), оно бы немедленно разбилось. Но это было драконье яйцо. И по крепости мало уступало камню.

Дракон моргнул. Яйцо никуда не исчезло. Округлое, чуть острое с одного края и чуть более затупленное с другого, оно встало прямо перед ним неваляшкой и застыло, отсвечивая липкой слизью. Сама же Нюри свалилась на пол пещеры и сначала потеряла крылья, а затем сбросила чешую. Прошло совсем немного времени.

И перед ним вновь возлежала вполне себе обычная девушка. Разве что растрёпанная, без сил и без сознания.

Дракон прислушался. Дыхание Нюри было ровным. Она уснула!

Желая согреть её, Дракон вытянул до предела язык. И подцепил за ногу. Ухватился почти за самые пальчики. Что вновь мягкие, розовенькие. Как будто после горячей ванны а то и пара. Дракон даже задумал поставить такое строение, где люди бы сами себя парили и тем самым избавляли тела от усталости и простуд.

«К тому же, это отличные повод лишний раз помыться», – ещё подумал Дракон Драконович и подтащив языком королеву к правой лапе, подгрёб её под к себе и укрыл лапой как одеялом.

Только не накрыл, а свернул в калачик и прижал к себе. Благо, передняя часть тела уже отогрелась и способна концертировать тепло под чешуйками.

Если для Нюри лапа вдруг стала с подогревом. То для яйца ничего не изменилось. Оно так же стояло неподалёку от Дракона и словно чего-то выжидало.

Дракон повторно использовал язык и подтянул его к себе.

На вкус оно было сладковато солёным. Это необычное сочетание даже надоумело Дракона сразу солить и покрывать сахаром какую-нибудь безвкусную, воздушную еду, чтобы тоже скормить людям.

«Всё-таки жрут они всякую гадость, а здесь хоть какое-то будет разнообразие, когда их популяция превысит первый миллион…миллиард…триллион», – подумал Дракон.

Тщательно вылизав яйцо и подвернув его под левую лапу, он снова прислушался. Яйцо слабо, но пульсировало.