Тайна Пандоры

Слуга поднял ребенка, завернул в теплое одеяло, усадил в седло перед собой. Девочка была тонюсенькая, как скелет, страшная, наполовину беззубая. Глаза смотрели с испугом и совсем не детской горечью.

«Если бы я не подобрал, скорее всего умерла бы ночью от голода или холода, — решил Навсифой, — Впрочем теперь ее судьба еще более темна и незавидна.»

Он натянул поводья, лошадь мерно побежала обратной дорогой. В очередной раз слуга выполнил приказ Эсхина, а что сделает с девочкой хозяин — не имеет никакого значения.

Пандора сидела за столом, в ступоре уставившись на деревянную столешницу. В последнее время она все больше уходила в себя, часами неподвижно созерцая мебель, а мыслями блуждая в далеких мирах. В душе девушки поселилась обреченность, мир замкнулся в ней самой, будто ничего кроме не существовало.

Она часто представляла Крэг-хана, в мечтах он был живым, здоровым, сильным и красивым.

Пандора винила себя в случившемся. Ведь это она остановила варвара, в нелепом благородном порыве заставила опустить оружие, расслабиться. Как она могла не замечать, что отец превратился вдруг в такое же чудовище, против которых раньше сражался? Если бы она знала, что произойдет! Если бы Крэг-хан не послушал ее, если бы не отвел взгляд.

Девушка всхлипнула, в очередной раз припомнив ту череду эмоций, что промелькнула в глазах варвара в последние секунды жизни: любовь, недоумение, боль, изумление, вопрос, разочарование и... пустота.

До сих пор Пандора не могла принять произошедшее, отказывалась верить в реальность. Казалось что это лишь сон, дурной, страшный кошмар, от которого нужно только проснуться.

Грезы Пандоры становились все более реалистичными, а окружающий мир казался серым и неинтересным. Грань между сном и явью стиралась, девушка мягко погружалась в безразличное состояние сомнамбулы. Она практически не разговаривала, с трудом поглощала пищу, слугам приходилось водить ее за руку, чтобы девушка умывалась и принимала ванны.