Ловец

***

Кто же он такой? Этот вопрос рано или поздно задавал себе каждый, кто его видел. Ловец появлялся в разные времена в разных местах. Он всегда преследовал какую-то цель. Иногда она была явной, чаще – скрывалась за рябью волн, которые Ловец неизменно распространял вокруг себя.

***

Кража – это искусство. Самые почитаемые разбойники всегда были ворами. Те, что поблагороднее, грабили тех, что побогаче. Те, что потрусоватее – всех, кто слабее. Однако, грабёж это все еще не Кража. Грабёж, по сути, это открытый бой, не совсем честный, но всё таки.

Кража – это совсем другая картина. Вор должен быть ловким, незаметным, умным, опытным и, как минимум, быть на голову выше тех, у кого он собрался что-то выкрасть.

Если в операции нет тщательной подготовки, правильно выбранного времени, соответствующей экипировки и щепотки качественной импровизации, то это не Кража, а обычное воровство. Удел мышей, которые втихую выносят со склада бочонок браги.

Циркон был ассом. В шайке Нижнего Берега этого паренька уважали и считали настоящим самородком. Возможно, не последнюю роль в формировании репутации сыграло пресловутое первое впечатление.

В этом году в этих краях выдалась очень злая зима: практически без снега, но зато с постоянным ветром и трескучим морозом. Колорита добавлял неурожай, люди мёрли как мухи: от холода и от голода, а выживали либо вельможи у каминов за толстыми стенами, либо бродяги, которые вовремя награбили сначала оружие а потом провизию.

В одну из холодных ночей на склад проник мальчишка лет шестнадцати. Босой. Двери были закрыты, а единственное окно находилось на недоступной высоте. 

Парень деловито вскрыл бочонок с яблоками и спокойно сидел их ел, пока вокруг него столпилась уже вся банда, ругаясь и размахивая факелами. Тогда, когда на шум пришел атаман случилась вторая странность. Вместо порки, а то и убийства воришки, он принял решение взять талантливого малого под крыло.

Авторитет Бугая (так звали атамана) обсуждению не подвергался, как и его решения. Не находилось смельчаков, готовых вызвать двухметрового варвара на бой или подлецов, сумевших бы его отравить. Таких Бугай видел насквозь и убивал раньше, чем они его.

С той самой ночи паренек учился у матёрых разбойников их нечестному ремеслу.