Гроза

Девушка повертела его в пальцах с видом знатока и небрежно закинула в корзинку, после чего довольно кивнула и побрела дальше. Она, конечно, заметила выглядывающих из-за деревьев людей, но виду не подала.

Когда до примеченной троицы оставался десяток шагов, из-за дерева неожиданно, как ему казалось, вынырнул рыжий. Он неприятно улыбнулся и с издевкой спросил:

- Заблудилась?

- Ой! – девушка изобразила испуг, прижав руку к груди. – Напугал.

- Расскажи ка, милая, - вкрадчиво начал рослый, - что ты тут ищешь?

- Рядовочки, сморчки, корешки… - немного потупившись перечислила девица.

- Клэнс, сколько тут до ближайшего поселка? – полюбопытствовал рыжий, не оборачиваясь к соратнику.

- Восемь-десять верст, – пожал плечами бородач, удобно привалившийся к дереву в семи шагах и с интересом наблюдающий за картиной. 

  Никита лишь хмыкнул и с бо́льшим недоверием уставился на незнакомку.

- Потерялась я! – девушка жалобно всхлипнула и опустила голову.

- Не хнычь, – поморщился рыжий и все таки убрал пятерню с рукояти кинжала.

– Мы ребята не злые. Поможем чем сможем, пригреем, приголубим... Вот только сомнения одолевают. Ты ж не против, если я тебя обыщу?

  Барышня не ответила, лишь скромно опустила тонкое бледное личико. Под одобрительный смешок Клэнса Никита неспешно протянул руку. Его ладонь легла пониже груди и, переместившись выше, сжала соблазнительную часть ее обладательницы, что вызвало нешуточную тревогу. У рыжего. Рослый нахмурился и, отодвинув край плаща, застыл, узрев легкий искусный доспех.

Взгляд рубаки невольно переместился вверх. Его ждала ехидная скупая ухмылка.

Правая нога назад. Девушка молниеносно ухватила пятерню рыжего и, слегка потянув на себя, резко выкрутила запястье, заставив сластолюбца упасть на бок и завопить. Когда покалеченный приподнялся, она была уже сзади. Жилистые сильные руки ухватили несчастного за подбородок и макушку. Легкий наклон в одну сторону и резкий рывок в другую. Услышав ожидаемый хруст, девушка отпустила обмякшее тело и, сбросив успевший поднадоесть плащ, медленно зашагала к бородатому.

Сказать, что Клэнс был в замешательстве – ничего не сказать. Схватка, а точнее казнь, длилась всего несколько мгновений и была исполнена настолько искусно и хладнокровно, что мысль о бегстве не показалась бы чем-то постыдным. Некоторое время бородач отступал, поигрывая палашом, и мельком оглядывался за спину, словно пытался подобрать удобное пространство.