История одного солдата.

Вместе с большинством и Альхер. Вот только в отличии от прочих он собирался доесть свой завтрак. Нет. Его тоже смущали противоречивые чувства. 

Страх, но в то же время странное возбуждение даже призрак надежды. Ведь он и вправду бежал из дома ради приключений. А тут они сами падают в руки. Вот только он не думал, о том что будут они сразу столь масштабы. Но все размышления он оставил на потом. За завтрак была заплачена четверной перье1да два медяка.

Покончив с едой Альхер и сам вышел из трактира, отправившись к мосту.

Дым, в просвет между домами юный матрос увидел еще не добежав до берега,  серое облако поднимающиеся из-за холма. Но чем ближе он подходил к берегу речки, отделявший Порт от материк, тем становилось понятнее, что в своем основании дым черен. Самого Завира отсюда видно не было, загораживал холм, да и в целом более высокий берег с той стороны.

Это был Ольман. Парень всего на два года старше его самого с коротко подстриженными черными вьющимися волосами, такой же матрос с баржи «Ласточка» как и он.

– День добрый, а ты что тут делаешь? –  даже излишне жизнерадостно обратился,  к прислонившемуся к фонарному столбу Ольману, Альх.

– Тоже что и все, -  хмуро отозвался, не поздоровавшись парень. - Глазею на начало войны.

– Ну может все и обойдется, - легкомысленно бросил Альх, - ведь тот мальчишка мог и ошибиться.

– Не знаю от кого ты узнал, но я слышал что сказал примчавшийся во весь пор  милиционер.

–  Что сказал?

– Что он один смог вырваться. Что своими глазами видел,  как срубили голову  его товарищу,  что стало со вторым он не знает.

– А кто срубил?

– Говорит, что у всех них были длинные золотистые волосы, - вздохнул член команды Ванха, -   как у Древних, они были на конях и при этом даже соскочив с коня двигались не многим медленнее.

– А что горит?

– Вроде бы кто-то забаррикадировался в тамошнем храме, кто там… храм брата и сестры2вроде.

– Храме, но как можно храм то жечь,  - переспросил Альх.

– А вот так. Берешь факел и жжешь, - невесело отозвался Ольман.

–  Ладно, пошли отсюда, - спустя пару минут произнес Ольман. - Все равно под ногами болтаться только будем.