Левый Шиба

- И тебе привет, Гандзю! - поздоровались мы.

- Ты где так долго пропадал, Изаму? Сестре было очень грустно! - слегка обиженным тоном спросил мальчуган, когда мы шли в гостиную. Я присел на корточки, чтобы быть с ним примерно одного роста.

- Прости меня, Гандзю, я был таким дураком. Обещаю, что буду приходить чаще, - я похлопал его по плечу. Пацан широко улыбнулся и ответил.

- Да ладно, только не пропадай вот так больше. Дяди Иссина один раз шесть лет дома не было! - в этот момент стоящий неподалёку шинигами закашлялся.

На душе стало намного легче, когда извинился перед ребёнком. Гандзю добрый мальчуган, забудет и простит. 'Но... осталось самое сложное', - подумал я, когда мы входили в гостиную.

- А, припёрлись, не прошло и три года! - развалившись на диване, заявила Куукаку, смотря мне в глаза. Я тяжело вздохнул. Это будет намного труднее, чем казалось раньше...

Вечером того же дня...

- Ничего страшного, со временем всё наладится, - Иссин хлопнул меня по плечу.

- Да уж, надеюсь... - не слишком радостно отозвался я.

- Через две недельки Кайен обещал освободиться, наведаемся к ним снова, будет полегче. Ну, ладно, пока! - лейтенант десятого отряда помахал мне рукой и исчез в шунпо. Время близилось к полуночи, а я брёл по пустынной каменной улочке Сейретея, освещаемой лунным светом. Мало кто шатается по улицам так поздно. Большинство бойцов уже расползлись по баракам и комнатам, чтобы отоспаться.

Что сказать, визит к родственникам прошёл лучше, чем я ожидал, но хуже, чем хотелось бы. Гандзю уже не дулся, а близнецы вообще вели себя так, будто ничего не произошло.

Девушка сегодня ясно дала понять, что держит на меня просто гигантскую обиду. Потому что её приветствие в самом начале было, по сути, единственным нормальным обращением ко мне. Весь оставшийся день, меня или игнорировали, или язвительно комментировали, всячески показывая свою обиду, даже когда я старался извиниться. Видимо, девушке нравился такой подход, и она получала от этого какое-то удовольствие.

***

С тех пор прошло около года. Отношения с семьёй мало-помалу наладились. Куукаку дулась около четырёх месяцев, после чего сменила гнев на милость, и всё вернулось на круги своя. Некоторый холодок всё ещё остался, точно такой же, как в последний месяц перед поступлением в академию. Этакий нейтралитет. Со временем я надеюсь это исправить.