Грань Миров: Противостояние (Том II)

Сделал он это, конечно, не просто так от обиды, а вполне с конкретной целью – подзадорить новенького и рассказать только тогда, когда у того уже совсем мочи не будет.

Через три часа после этого разговора отряд гвардейцев ступил на мраморный пол Главного штаба. Явившиеся по новому закону Ордена о граничном дежурстве, они направились к приёмной стойке. Дежурная проверила их личные карты и выдала пропуск на третий этаж, где располагались врата в мир демонов. Уже отойдя от приёмной стойки, Сергей заметил человека, которым так интересовался у командира.

Знаменитый инквизитор Николай стоял у дальней лестницы, возле скамьи, и беседовал с каким-то мужчиной. Старый стиль одежды был сменён на инквизиторский доспех, отлично сочетающийся с приличным ростом в 181 см. Тёмные волосы были расчесаны на бок с ровным пробором. Чуть опущенные скулы придавали лицу неестественную вытянутость. Было ещё кое-что новое в облике этого человека. Леденящий серый взгляд его, когда-то живых глаз, пробирал насквозь.

Лишь в лифте гвардейцу удалось избавиться от ощущения, что Николай пристально за ним следит.

- Что же там произошло? Не может тридцатилетний мужик обладать таким взглядом просто так, не может, - твердил сам себе Сергей, пока лифт поднимался на нужный этаж.

На циферблате загорелась тройка, и отряд вышел в открывшиеся двери. Сергей шёл последним, однако даже он не услышал, как сомкнулись дверцы за их спинами, и лифт отправился за новыми пассажирами.

Отряд гвардейцев строевым шагом двинулся по коридору, словно бы не обращая внимания на бирюзовый потолок, подсвеченный голубоватым светом и массивные двери впереди. Хотя каждый гвардеец искоса поглядывал на всё это великолепие. Особенно выделялись огромные ворота, в которые упирался коридор, покрытые тайными символами, они слабо мерцали собственным светом, притягивая к себе внимание. Не удержавшись, Сергей приподнял голову рассматривая потолок.

Перед самыми дверями путь отряду преградил караульный гвардеец:

- Направление на дежурство и личные карты, пожа-алуйста… - на последние слова был сделан особый упор, что дало ясно понять, кто здесь не доволен своей работой.