Ангел на плече

Ольга понимала, что он имеет ввиду, неигровые персонажи знали о бессмертных и вопрос паладина был вполне логичен. Ведь игроки при выходе в реальный мир «засыпали» летаргическим сном. Но она со вчерашнего дня уже не игрок, а часть этой реальности, этого мира. Парень ей нравился, нет, это не было чувством влюбленности, она в своей жизни никогда его не испытывала. Он ей нравился как отличный воин, как исполнительный подчинённый, как хороший любовник и только. 

- Я покинула небеса, - повернув голову и вновь смотря на дорогу, ответила Святая дева, - теперь я всегда буду с вами, - немного помолчав, она добавила, чтобы немного потешить самолюбие парня, - с тобой.

После ее слов глаза паладина засияли и он, пришпорив коня, догнал егеря.

- Долго еще? – окрикнул он разведчика.

- Метров двести до развилки сэр.

Развилкой этой было давно, подумала Ольга глядя на заросшую старую дорогу, которую можно было еще разглядеть сквозь густо и неровно растущую траву. Разросшийся кустарник по расплывшимся обочинам местами нависал над старой колеёй.

Кристиан отправил вперед мечников, сам вместе с госпожой занял место в центре небольшого отряда. Чем ближе они подходили к руинам старого храма, тем гуще становились придорожные кусты и выше деревья.

Развалины показались неожиданно. Лес резко расступился, огибая небольшой пологий холм, поросший невысокой травой, на вершине которого стояло полуразрушенное здание. Крыша и когда-то ее венчавшая остроконечная башня с символом Единого рухнули. Стены местами обвалились до середины и были похожи на лицо старого рыбака, морщинистое и изъеденное морской солью, покрытое черными оспинами.

Черные провалы двух узких стрельчатых окон на входе, словно глаза слепого бродяги и темный зев входа с сорванными дверьми, как разинутый в беззвучном крике боли беззубый рот. 

Ольга обратила внимание, что здесь рядом с развалинами стояла полная тишина лесные твари явно сторонились этого места. Лишь вездесущий ветер пел свою заунывную песню, играя в старых стенах.

У подножия холма проходила четко видимая граница, буйство лесного подлеска и травы будто-то бы упиралось в невидимую стену, за которой шла короткая и ровная, словно подстриженная неизвестным садовником, трава.

Воины отряда перетаптывались у черты, в их глазах она заметила озабоченность и легкую тревогу. Даже рыцари и те не решались шагнуть в «мистический» зеленый круг, а один из них провел рукой по воздуху над «границей», поверяя наличие невидимой стены.