Ангел на плече

Жрец странно подвывал и что-то быстро тараторил на своей тарабарщине, боясь взглянуть на Бреона.

- А у круга этого. На дыбе Бреон распятый висел. Рядом жаровня с углями раскаленными и два ублюдка в рясах черных. Таких же вот как этот. - Наемник повел глазами в сторону клацающего зубами, перепуганного жреца, - один парня нашего прутом железным прижигает, а второй на лодыжках кожу надрезает, чтобы потом чулками ее к верху завернуть. Остальная погань с пола внутренности собирает, да в круг их бросает, и бубнят что-то.

В игровых мирах было много жестокости и крови, но было и одно незыблемое правило. Ни в одном проекте вы не могли причинить вреда детям или увидеть их страдания. Даже если вы выполняли квест и очищали проклятую деревню от нечисти, ребенка-зомби вы бы там не нашли. Конечно, вы могли увидеть маленький труп, но он всегда был прикрыт одеждой, все конечности были на месте и он никогда не был изуродован и окровавлен. Насилие над детьми преследовалось как в реальном, так и виртуальном мирах.

Слушая Дунгада, я не верил своим ушам. Неужели в этом проекте такое возможно? Ведь даже его рассказ о вспоротых детских телах, это уже нарушение закона и как минимум закрытие проекта. Как Кира и разработчики могли пойти на это? 

Если только! Этот сценарий не был специально создан для меня. Да и хранитель этот, вспомнил я китайского старичка, довольно странный персонаж. Но тогда если все это так, то моя сестра знает, где я и держит меня под полным контролем.

- Вот тогда ярость голову и затмевает, - продолжал свой рассказ наемник, - и кровь в висках словно молот по наковальне стучит. Когда все закончилось, от жрецов что там были мало что осталось. В костер их кусочками мелкими бросали. С тех пор Бреон с нами и ходит. Только вот о жизни своей, что до встречи с нами была, молчит да хмуриться.

- У нас в ордене отец Ероним был, тоже любил людей каленым железом жечь, - неожиданно прошептал Фрол, - а после на костер их отправлял. Редкостный был паскуда. 

- Все они бесы в рясах, - кивнул Фролу Дунгад в знак согласия, - только у каждого свой демон.

- Демон у них один, - сквозь зубы проскрипел я. У меня в голове еще стояла картинка с убитыми детьми. – Золотая монета и сытое пузо.