Крысолов

– Как я понял из объяснений ги ле Горо, – сказал маленький тан – Ардженцо внес дополнения в проект своего учителя. То, что вышло у него, имеет некое сходство с фряжскими «истинными фрегатами»... с планами которых, хвала Великому Огню, наши корабельные мастера не так давно получили возможность свести близкое знакомство. Больше скорость, лучше мореходность. Поправьте меня, но прежде корабли нашего доблестного флота испытывали, гм, некие трудности при стрельбе в океане? Эта прискорбная история с «Воином Света»...

– Дело рассматривалось дважды, – заговорив на более привычную тему, Энрике перестал изображать грешника среди льдов.

– Адмиралтейским судом... и трибуналомЧетверых, ведь «Воин Света» был «святым кораблем» и его экипаж на четверть состоял из братьев-воинов. И оба раза приговор был оправдательным – капитан Навалья действительно не мог пустить в ход орудия нижней палубы. Правда, – недобро щурясь, добавил ка-лейтенант, – на мой взгляд, это еще не повод сдавать линкор двадцатишестипушечному шлюпу.

– Ну, вы-то заслужили право на столь резкую оценку, – засмеялся Диего, – а я скромно промолчу.

– Вы лучше скажите, в чем подвох?

– Подвох?

– Должность первого помощника на новом фрегате, – медленно произнес Энрике, – звучит как еще одно искушение.

– Это лишь на первый взгляд. А вот когда вы узнаете имя капитана фрегата, мой друг, то вполне возможно, решите, что Черный Дракон был недостаточно щедр.

– Кто же этот злой гений? – с любопытством спросил ка-лейтенант. – Кто-то из ваших друзей по «Саламанике», которому доктор в круглой шляпе[4] прописал заморский климат? И вы хотите, чтобы я занялся утиранием соплей очередного «капитана от кавалерии»?[5]

– Я бы охотно выдал вам сладкую булочку за верную догадку, – вздохнул Диего, – но здесь их нет.

В отличие от нового капитана «Мстителя».

– И кто же... – Энрике развернулся, пытаясь высмотреть желтый с красным доломан – и в этот момент до него дошло...

– Диего?!

– Хорошо, что эль кончился, – вкрадчиво заметил маленький тан, – сейчас вы бы наверняка забрызгали полтаверны.

– Зачем вам это?! То есть... Великий Огонь, – ка-лейтенант ошарашено помотал головой, а затем коснулся ладонью виска, видимо, испугавшись, что последняя сцена, да и весь ужин явились ему в горячечном бреду.

– Я, конечно, помню наши разговоры, но... 

– Только это еще не повод утирать мне сопли? 

– Ну, я выразился грубо, то есть образно, – выкрутился Энрике. – Но у вас же и впрямь нет практики морского дела.