Практическая монстрология

А сестра, стало быть, донесла, вот и мается душа его, нечистая, крови жаждет. Сожгли всю его семью инквизиторы. Дом сожгли, и весь хутор, вот его только не нашли. Вот и пришел, значит, мельник за сводной сестрой и ее родственничками. - Аким сокрушенно покачал головой и опрокинул в себя очередную рюмку настойки.

Ночь я провел в полном комфорте на теплой печи, я не боялся, что вампир ворвётся в дом, так как мой амулет меня предупредит о его приближении. Да и спал я чутко, ежеминутно опасаясь услышать шаги ребенка идущего к двери.

Новости о вампире на старой мельнице разлетелись быстрее ветра, и ночь в деревне прошла тревожно, староста, видимо, для успокоения расшатавшихся нервов выпил половину бутыля ягодной настойки и завалился спать. Я же смог уснуть лишь после того, как услышал крики первых петухов.

Утро, наступило очередное утро в этой забытой богами деревушке. Я не спешил вставать с лежанки, на которой провел ночь, так как в доме стояла тишина, которая изредка прерывалась всхрапами спящего старосты.

Минут через пять после моего пробуждения я услышал возню за печкой, вскоре оттуда вышла жена старосты, прихватив с собой ведро. «Видимо, пошла заниматься хозяйством», - мелькнула у меня мысль. Вскоре я услышал, как Элла вошла, держа в руке деревянное ведро, судя по плеску, полное воды. «Хорошая хозяйка, принесла свежей воды», - решил я, а в следующий миг похрапывание старосты утонуло в потоке воды.

Храп сменился невнятным бульканьем, я услышал грохот упавшего на пол тяжелого предмета.

- Аким! Аким! Проснись, пьяная рожа! - возмущалась Элла.

Я поспешил спасти старосту и поднялся с лежанки. Я заглянул за печь и увидел старосту, который сидел в луже воды. Элла держала мужа за грудки, а Аким, несмотря на увесистые шлепки по лицу, продолжал изредка всхрапывать. Элла увидела, что я проснулся и пробормотала:

- Извините лэр, но по-другому эту пьяную рожу не поднять.

- и продолжила экзекуцию над своим мужем.

Я молча наблюдал за мучениями Эллы и увидел, как она зажала похрапывающему мужу нос, и староста резко открыл глаза и вскинул руки для защиты.

- Эллочка, я прогснулся! - гнусавым голосом произнес староста.

Элла молча разжала пальцы и отпустила многострадальный нос Акима.

Жена старосты брезгливо вытирала руки об свой передник. Староста пощупал многострадальный нос и попытался встать.