Путник

Как ни странно, страха в тот миг я не испытывал, потому, что до конца не верил происходящему – уж слишком бредово оно выглядело. 

     В глубине души я даже желал, чтобы эта капсула, и это путешествие все же были реальностью, но где-то в мозгу мерзким опарышем копошилась мысль о том, что в каждую секунду я могу проснуться расчлененным в подвале ненормального старикашки, решившего поиграть в доктора Франкенштейна. 

     Если честно, такое развитие событий казалось куда более реальным, чем путешествие в иномирье.

- …и еще… - голос Дмитрия Павловича прорвался через нарастающий со всех сторон гул, - …самое важное! Я не хотел вам говорить, но должен! Я не знаю, как вернуть вас обратно, но я обещаю, что буду работать над этим, приложу все силы…. И еще, тоже важное и главное: когда вы попадете в Новый мир, ваш мозг скорее всего включит защиту – чтобы вы не сошли с ума от нереальности произошедшего.

     Капсула наполнилась светом. Ярким, слепящим. Я закрыл глаза и будто растаял, растворился в этом свете, исчез…

     … а потом вновь материализовался. Первое, что почувствовал – твердая земля под ногами. Второе – чуть заметный ветер открытого пространства.

     Я открыл глаза, но тут же вновь зажмурился, чувствуя, как по ним будто ножом полоснули. Подождав немного, стал поднимать веки медленно, остановил на середине и попытался оглядеться. Когда взгляд постепенно привык к свету, я понял, что стою посреди леса. 

     Вокруг меня тянулись к небу высоченные сосны с густыми, чуть синеватыми кронами. Над ними в стороны расходилось небо, расчерченное белыми перьями облаков. Взглянув под ноги, я обнаружил, что стою на тропе, вымощенной черными камнями, по краям которой буйной порослью зеленеют папоротники в человечий рост.

     Тропа уходила круто направо. Я прислушался – из-за поворота отчетливо донеслось громкое топанье и человеческие голоса. 

     Наверное, в тот миг мне следовало найти укрытие – ведь мало ли кто там мог ехать по незнакомой дороге, в незнакомом лесу совершенно незнакомого мира? Но я оцепенел.