Восьмое Королевство. Гайд Новичка.

Видимо с ароматами цвергской кулинарии были схожие проблемы, и у них существовал определенный предъедальный ритуал.

Рост торжественно извлек из своего огромного мешка мешочек поменьше. Это оказалась бережно обернутая в кожу, и проложенная мягким мхом каменная кружка с плотно подогнанной крышкой. Братина. Кружка пошла по кругу. Аперитив.

К счастью с нами был Орм, и он не поленился перед тем как отхлебнуть, долго и пытливо повыспрашивать, чем же таким нас потчуют. Может, после ухи насторожился, может от природы к алкоголю подозрителен — не знаю.

Но спросил он не зря. Из того что отвечали цверги, понятно было только “пиво”, а вот то как оно делается — сплошной несвязный шум. Хмелем там и не пахло. Буквально. Ярик сказал что это наверняка продукт ферментации. И осторожно спросил не умрем ли мы от этого, если выпьем.

— Что вы такое говорите! — сказали цверги — Не все альвы, глотнувшие цвергского пива, умерли. Но все альвы, глотнувшие цвергского пива, надолго сходят с ума! — и засмеялись. Засмеялся и я.

Ну забавно же.

Но видя недоумение на лицах остальных людей, они пояснили, что нам надо просто прополоскать рот пивом. А то уху есть не сможем.

Орм взял на себя смелость, немного влил в рот, прополоскал и сплюнул. Долго прислушивался к себе. И кивнул одобрительно:

— Это как анестезия, рот онемел, и языка не чувствую.

После него причастился сначала Ярик, потом Диана, и наконец остался только я. Внимательно понаблюдав за Ормом, и не заметив в нем признаков скорой смерти, я решился рискнуть, и взял братину двумя руками.

Цвергское пиво пахло минералами и самым зловещим из кошмаров Лавкрафта.

Я вздохнул и влил в себя пару столовых ложек.

Да. Немеет. Ничего не чувствуешь, особенно вкус. И вот тут то наконец и подоспела уха. С пылу с жару, так сказать.

А, еще же про главное чуть не забыл! Запомни, самая лучшая приправа для цвергской ухи — голод. Поверь, и никогда не проверяй. Это неприятное чувство и не такое заставит съесть.

Скажу прямо — мы были на волоске от того, чтобы телепортироваться домой.

Удержало нас то, что мы бы никогда не смогли потом сориентироваться в этом лабиринте пещер. Надо было уже добраться хоть до чего ни будь.

Ну и еще, конечно пиво. После первого, анестезирующего действия, цвергское пиво медленно заморозило нам мозг. Я помню странное ощущение звенящего и пустого черепа, как будто у меня вместо головы хрустальная ваза.

В общем мы, что называется, промочили горло, похлебали ухи, и вырубились.