Арена Мёртвых

Парень нахмурился и отвернулся от него. Мейтара ухмыльнулся.

– Наверно, своим смехом, – буркнул хориец, вызвав общий хохот.

Отряд въехал в ущелье между горами. Их склоны поросли изумрудной травой и фиолетовыми цветами. Рядом с узкой, тянущейся на полкилометра, горной тропой, на глубине десяти метров, проходила река. Голубая вода ревущим напором текла параллельно дороге, а затем резко сворачивала на право, где превращалась в водопад. Таких пейзажей на острове Хор Мейтара не встречал ни разу. Он привык к степям и пустыням.

Отряд начал подниматься, после чего всадники повернули направо. Впереди были ворота. Их тут же открыли и отряд оказался в небольшой долине.

Мейтара посмотрел вниз. Он увидел огромный, обложенный белыми кристаллами круг, земля внутри которого была изрисована большими, необычными, устрашающими узорами и символами. Его удивило то, что внутри валялись около пяти сотен ржавых клинков, копий, луков, магических посохов и почти сотня полусгнивших человеческих скелетов. В центре круга была лужа, вокруг которой в форме кольца лежали пять валунов.

– Что это за помойка? – поинтересовался хориец.

Дельвин будто бы не услышал его. Он пристально разглядывал круг.

– Врен Шайт , – ответил наёмник.

Мейтара умолк.

– Расскажи об этом месте, – проговорил он.

Дельвин вздохнул.

– В круге умирают все. Но пока ты за его границей, тебе ничего не грозит. Видишь те кристаллы соли? Они заколдованы, лежат здесь веками и не растворяются водой, никто не может их сломать.

– Интересно, что же такое может убить меня? Я не какой-то там тощий гладиатор, – напомнил Мейтара.

– И не такие умирали здесь, – пробубнил Дельвин.

– Но только не я.

Наёмник усмехнулся.

– Меня забавляет ваше хорийское высокомерие. Думаю, именно из-за него ты оказался здесь, и умрёшь в круге.

Мейтара бросил презрительный взгляд в его сторону.

– Я не боюсь смерти. Для нас хорийцев это честь.

– Гнить под лучами солнца – это для тебя честь? Ну-ну…

Тут к клетке подошёл всадник, открыл дверцу и как можно скорее убрался подальше от пленников.

– Эй вы, грязные ублюдки! Выходите!

Мейтара сжав зубы вышел из клетки, после него – вечно хохочущий Морис и угрюмый Дельвин. Их окружили две дюжины легионеров с дубинами. Хориец усмехнулся: его забавляло, что республиканцы боялись его.

Тут через легионеров протолкнулся центурион и два рыцаря вслед за ним.