Вниз по течению - 1

Внезапно тело сковала неподвижность — будто Миру связали по рукам и ногам. Её охватила паника. Изо всех сил Мира напрягала мускулы, но всё было тщетно: она камнем опускалась на дно. Лёгкие горели огнём без воздуха, в глазах потемнело. Мира ударилась ногами обо что-то твёрдое, пробила его, словно лёд. В тот же миг вернулась подвижность. Вода резко стала ледяной. Мира заработала руками и ногами, как могла сильно. Наверху появился слабый свет. Ещё немного, и она вырвалась на поверхность. Высунув голову, судорожно вдохнула холодный воздух.

Оглядевшись по сторонам, Мира в изумлении увидела бескрайнюю гладь тёмной воды и низкое, затянутое сизыми тучами небо. А где набережная? Где мост, Юсуповский дворец, купол Исаакия? Где Питер? Питер где?!

Её охватил истерический смех. Барахтаясь в воде, Мира тряслась от смеха и холода, щёки обжигали слёзы.

Слева раздался скрип и шлепки по воде. Повернув голову, она увидела, что к ней приближается вёсельная лодка, которой управлял бородатый мужик лет пятидесяти в тёмном плаще.

— Помогите! — всхлипнула Мира, держась на воде из последних сил.

Лодка остановилась неподалёку. Бородач протянул Мире весло, и она вцепилась в него немеющими от холода руками. Мужчина подтянул весло к лодке, наклонился, обхватил Миру и потащил наверх. Отчего-то показалось, что бородач сейчас выпустит её, она снова упадёт в воду и теперь уж наверняка утонет. Мира попыталась уцепиться мужчине за плечи, но руки скользнули по гладкому плащу.

— Отпусти, дура! — рявкнул тот.

Мира только сильнее сжала бороду.

Лодочник перетащил её через борт и положил на дно лодки. В ноздри ударил исходящий от мужчины тяжёлый запах пота.

— Пусти, говорю! — приказал мужчина.

Мира с трудом разжала заиндевевшие пальцы.

— Так-то лучше, — сказал он.

Выпрямившись, мужчина оглядел Миру с головы до ног. Впрочем, голова, в отличие от остального, его мало заинтересовала. Мира подумала, что белая футболка прилипла к телу и просвечивает, и торопливо села, обхватив себя за плечи.

— В-вёсла не потеряйте, — зачем-то огрызнулась она. От холода зубы выбивали дробь.

— Не волнуйся, с вёслами всё в порядке, — ответил он, явно насмехаясь над её смущением и поднял с большого ящика старый потёртый плащ, вроде своего. Кинул Мире на колени. Воняло от плаща так, будто на него разом нагадили все питерские коты. Задержав дыхание, она закуталась в одёжку.