Вниз по течению - 1

Он не азарец, а обычный мокрозяв, и Птица не должна была выбрать его.

— Но выбрала. И все должны подчиниться её воле.

— Клал я на её волю! Он должен был сегодня сдохнуть, и он сдохнет.

Низко опустив голову, Хайп бросился на Якова. Внезапно из палки Якова вырвался пучок света. Такого яркого, что Магда отвернулась. Хайп издал нечеловеческий вопль, упал на колени, закрыв лицо руками. По его щекам потекла кровь.

— Ааа! Мои глаза! — орал он.

Яков выронил палку, с ужасом глядя на Хайпа. Тот катался по полу, вопя от боли.

Когда он, наконец, отнял руки от лица, Магда схватилась за висящий на груди амулет Праматери: вместо глаз у Хайпа были две кровоточащие раны. Продолжая вопить, он поднялся на ноги и, натыкаясь на стены, побрёл сам не зная куда. Врезался в косяк, отступил, вышел из камеры и скрылся в коридоре.

— Помогите! — кричал он. — Господин Тиред! Кто-нибудь! А-а-а! Помогите!

Магда и Яков переглянулись, одновременно перевели взгляды на лежащую на полу палку. Совершенно обычную...

— Ты тоже это видела? — шёпотом спросил Яков.

Магда кивнула.

— Значит, не один я тут с ума сошёл, — он хрюкнул, что должно было означать смех.

— Похоже, Хайпа прислал господин Тиред, — тихо сказала Магда. — Как думаешь, он ещё кого-нибудь пришлёт?

— Надеюсь, увидит, что стало с Хайпом и... смирится с выбором Праматери, — ответил Яков.

— А если нет?

Он пожал плечами:

— Не знаю. Тогда и будет видно.

Замирая от шороха собственных шагов, Магда подошла к мокрозяву; морщась от тяжелого запаха давно немытого тела, наклонилась.

Несчастный был без сознания. Магда отметила на его плече багровые следы от лап Птицы.

— Помоги освободить его от одежды, — сказала Магда спутнику.

Он стоял по-прежнему глядя на палку.

— Ну же! Сам привёл меня сюда, чтобы вылечила, — поторопила Магда.

Яков разорвал грязные лохмотья и отступил. Даже беглого осмотра было достаточно, чтобы понять, что мокрозяв не жилец. Слишком поздно — его душа была уже на пути в царство мёртвых — Закуполье. Лишь что-то необъяснимое удерживало жизнь в этом изувеченном и замученном теле.

Магда отступила в сторону, сложила на груди руки.

— Ну? — с нетерпением спросил Яков.

— Ты тоже пытал его? — спросила она, не узнавая собственного голоса.

Он замялся:

— Так, немного...

Магда бросила на него яростный взгляд.

— Работа такая, ничего личного, — поспешил оправдаться он. — Что делать-то с ним будешь?

— Ничего. Я не умею оживлять мёртвых.

— Нет, Машка, подожди, — в голосе стража появилась угроза.