Вниз по течению - 1

Вдруг вспомнилось сказанное накануне Фридой: «Мне нужно тебе рассказать. Вчера ночью... Спроси об этом у Кимана. Он тоже видел. Только обязательно спроси!»

Затем в комнату вошла сестра Маргарет, и Фрида не успела ничего рассказать. Зато Киман здесь, рядом.

— Вчера Фрида хотела рассказать мне о чём-то, что вы вместе видели, — сказала Найра.

Он нахмурился, потом негромко произнёс:

— Вероятно, речь идёт об оживающих людях.

— О ком? — удивилась Найра.

Быстро оглядевшись, словно за ними могли наблюдать, Киман сказал:

— В усыпальнице лечебницы не все люди мертвы.

— Как это? — спросила она дрожащим голосом.

— Есть те, которые не живы, но и не мертвы. Они лежат, как и другие мертвецы, но их не опускают в Реку. Иногда они встают со своих мест и уходят из лечебницы. Я сам видел в трубу, как они переходят через мост в сторону Города. Потом возвращаются и ложатся на свои места в усыпальнице.

— Зачем? — выдавила Найра. В горле стало сухо и как-то тесно, будто кто-то натолкал туда прошлогодних листьев.

— Не знаю. Не так давно я пробрался в усыпальницу и пересчитал их всех. Для них отведён специальный угол справа у стены. Их семь. Четыре мужчины и три женщины.

Найре вспомнились его странные слова: в усыпальнице такой нет.

— Ты думал, кукла, которая меня сбросила...

— Она похожа на них поведением. И то, как сбросила тебя. Для обычной женщины её телосложения такое невозможно.

— Но её не было в усыпальнице, — зачем-то уточнила Найра.

— Не было. Она и пришла не со стороны лечебницы.

— Фрида тоже их видела? — Найру пробрала крупная дрожь.

Киман кивнул:

— Позавчера вечером я, как обычно, зашёл к Фриде пожелать спокойной ночи. Мы перекинулись несколькими фразами, как вдруг открылась дверь, и вошёл один из тех, четырёх мужчин. Я сразу его узнал. Фрида ничего не поняла, спросила, кто он и зачем пришёл. Мертвец будто не услышал. Дошёл до стены, врезался в неё лбом, сделал шаг назад, затем опять врезался. Он как будто не хотел верить, что она существует.

Снова и снова он бился в неё, так что на его лбу появились вмятины — как будто, пергамент смяли. Притом, на лице оставалось совршенно равнодушное выражение. Фрида испугалась, стала звать на помощь. А я... стыдно вспоминать, но я был так зачарован его поведением, что сидел, как пень. Прибежала сестра Маргарет, увидела мертвеца, убежала. Потом в комнату ворвались двое стражей лечебницы. А этот всё пытался пройти сквозь стену. Снова и снова. Безмолвный, одержимый.