Чародей по вызову

Мальчик посмотрел на пани, дождался легкого кивка и протянул нехитрый инвентарь:

– Держите.

– Спасибо… Что это? – Чародей озадачено смотрел на исписанные листки бумаги. Линии и геометрические фигуры на них выстраивались в сложный и причудливый, но стройный узор. Этот бесцветный калейдоскоп что-то неуловимо напоминал…

– Эм… Сюрреализм, полагаю… – неуверенно ответил Матеуш.

– Сюрреализм, значит… Нет, я определенно не понимаю подобную мазню.

– Мазню?! – аж задохнулся от возмущения оказавшийся внезапно рядом толстяк.

– Эм, простите?

– Сюрреализм – это сверхжанр! Он высвобождает неподотчетные форме образы, ощущения и смыслы, – с каждым словом все больше распалялся толстяк. – Высвобождает такими, как есть, без адаптаций и коррекций. Внутренний мир становится не просто равен внешнему, выходит на первый план, обесценивая привычные формы и концепции. А вы подобное совершенное, истинное искусство назвали мазней!

– Ну, прошу прощения, – пожал плечами Шулер.

– Еще бы. – Фыркнув напоследок, поклонник авангарда удалился.

Амбал в плаще

Имя: Алан. Иностранец. Приехал недавно, но говорит без акцента. Несоответствие?

Великан шагнул сквозь арку и мазнул заинтересованным взглядом по зеркалу

– Итак, – начал Дариуш. – Можете сказать, зачем вы пришли в галерею?

– А это имеет значение?

– Да

– Ну ладно, – пожал плечами Алан.

– И как впечатления?

– Очень интересно

– Где вы находились незадолго до крика?

– Торчал в левом зале. Последние минут… – Амбал почесал легкую щетину. – 20, наверное, а то и полчаса. Там есть очень занятная картина с тремя солнцами

– Чем вы занимались, когда раздался крик?

– Как раз шел в следующий зал

– Тот, в котором обнаружили труп? – уточнил инквизитор

– Нет, – усмехнулся Алан.

– Вы видели кого-нибудь? Или, может, заметили что-то необычное?

– Видел этого странного Фому неверующего. Он как раз шел мне навстречу, когда я собрался идти в следующий зал. А так, все то время, что я там торчал, – левый зал был пуст

Красавица с ребенком

Имена: Матеуш и Ангелика Лисы.