Попаданец в Таларею

..

— Пошли. Обо всём поговорим потом, — поторопил Олег и напомнил: — Я ведь надеюсь, что не только ты, но и твоя жена сможет держать язык за зубами.

Подтолкнув остановившегося от неожиданности Торма, пошёл дальше. Ещё шагов через сто они пришли. Бывший стражник даже не задумался, откуда Олег знает его место жительства.

Двери им открыла молодая симпатичная женщина, но и при тусклом свете масляного фонаря было видно её измождённое состояние и тёмные круги под глазами.

— Гелла, это наш гость Олег, он... — Торм замешкался, не зная кем представить Олега, но тот представился сам.

— Я маг. И лекарь.

Жена Торма растерялась и некоторое время переводила взгляд с одного на другого, похоже, она ничего не понимала. Впрочем, это не помешало ей пригласить гостя в дом.

Сразу было видно, что когда-то здесь знали и лучшие времена. Дом был хоть и небольшим, но уютным. Перед домом был небольшой участок, огороженный невысоким, по пояс, забором.

Обстановка в передней комнате, которая находилась сразу за прихожей, была скудная.

Но было чисто. В комнате горели светильники, при свете которых удалось лучше разглядеть хозяйку дома. Невысокая, темноволосая, с правильными чертами лица. Назвать Геллу яркой красавицей было бы слишком громко, но она, действительно, была красива.

Тянуть время под двумя взглядами, полными надежды, Олег не стал.

— Где девочка?

— Гайда спит. Там, в спальне, — Гелла махнула рукой в сторону одной из дверей.

Девочка лежала в кроватке, обняв тряпичную куклу. Вся какая-то, словно прозрачная.

Эта трёхлетняя девочка была до боли похожа на взрослую женщину — мать Олега, какой он её помнил в последний день жизни, когда они с отцом приходили к ней в гематологию.

Сон Гайды был беспокойным, она тихо стонала. На лбу проступали капельки пота.

Олег перешёл на магозрение, сформировал конструкт Абсолютного Исцеления, напитал его магической энергией и направил на девочку.

Буквально через пару ударов сердца вокруг Гайды появилось чуть зеленоватое свечение, видимое обычным взглядом.

Оно то становилось ярче, то немного затухало. Когда оно погасло, в кроватке уже лежала и спала явно здоровая, обычная девочка.

У Геллы вдруг подогнулись ноги, она опустилась на пол и разрыдалась навзрыд. Торм опустился с ней рядом, обнял, но смотрел при этом на Олега.

Олег помнил благодарный и восхищённый взгляд Чека, когда он его излечил, но взгляд Торма был взглядом фанатика. Так глядят, наверное, на идолов. Олег даже почувствовал себя как-то неуютно.