Три

- Тогда, за борт мы тебя не выбросим – спокойно сказал Кан, смотря на Дика и быстро ему подмигнул.

- Голосуем. Кто за, чтобы произошедшее осталось лишь между нами – продолжил он – Ифрат брат мой, пройдись по кругу.

Поднявшийся пират, снял свою шляпу и стал обходить всех. Каждый опускал в шляпу кулак, не показывая остальным что в нем.

Когда очередь дошла до Дика, подошедший Ифрат сказал, что нужно либо положить что-то в шляпу, либо кулак должен быть пуст.

- Воздержусь – ответил Дикиус – мое предложение, я не голосую.

Почти все сидящие непроизвольно кивнули, подтверждая, что традиции у пиратов и бандитов не сильно различны.

- Двое против, решение принято – Кан озвучил результаты голосования – никто не скажет ни слова о том, что здесь произошло. Трупы за борт, разворачиваем корабль в сторону сбежавшего шлюпа.

- И палубу отдраить – добавил уходящий в сторону кают Дик.

На следующий день они нагнали медленно дрейфующий по волнам шлюп.

Переговоры длились не долго, и капитан с частью приближенной команды поднялся на борт.

Маг словно ищейка, почти носом облазил все борта на предмет чужой ворожбы, но так ничего и не нашел.

- Это все мой оберег, что остался в каюте – самодовольно изрек он, показывая мерцающую ракушку на толстой бечевке – забыл я про него, а он вон как сработал.

Все сделали вид, что согласились с озвученной версией, и однообразные дни покатились друг за другом.

Работы стало больше, свистки и крики боцмана звенели у всех в ушах не переставая. К команде подняли наиболее сообразительных рабов, от которых в трюме не осталось никакого толку.

Дикиуса сторонились. Как только он поднимался на палубу, все кто был рядом сразу же находили себе дела в других частях корабля. На третий день это заметил боцман, а потом капитан.

- Что не так с «длинным»? – втихую стал задавать вопросы боцман.

Молчание в ответ его только раззадорили и сидя на ужине у капитана боцман озвучил свою версию.

- Бунт готовил – нанизав на большую двузубую вилку кусок мяса, он отпил из кружки немного разбавленного терпкого вина – по доске его пустить надо.

После происшествия, о котором никто не хотел вспоминать, капитан стал более философски относиться к припасам. И теперь на ужин появлялись различные деликатесы. На это повлияло и то, что количество едоков на судне сократилась больше чем в двое.