Три

- Выправь мне руку как надо, иначе кости неправильно срастутся. И давай быстрее, силы уходят, а если так применю исцеление, то потом руку придется снова ломать.

Дик, ни слова не говоря, тремя скупыми движениями повернул искалеченную конечность в ее нормальное положение.

- Лечи – быстро сказал он, разворачивая в своей голове осколок зеркала и смотря сквозь него.

Указательным пальцем маг сотворил в воздухе искрящееся нечто и опустил его себе на грудь, дернувшись едва ли не сильнее чем, когда Дик вправлял ему руку.

В сознании Дикиуса четко запечатлелся витиеватый иероглиф, оставив глубокие царапины на серебристом стекле.

Глава 8

Прямая, резко вниз, четыре овала одной спиралью, поднимаясь вверх к началу знака и небольшая завитушка в которую вписываются множество пятиконечных звезд.

Набравши свечения, символ вспыхнул, явив сложную многомерную конструкцию, перетекающую из одного крайнего положения в другое.

- Иди, больше не нужен – отмахнулся маг от замершего рядом Дика.

Ему ничего и не оставалось как сразу уйти к себе и завалившись в гамак начать изучать подсмотренную магию.

Осколок с иероглифом остался в его голове и легко притягивался, по его малейшему желанию. Осталось только понять, как им воспользоваться.

Решение пришло ночью, когда от волн за бортом гамак сильно качнуло, и чтобы сохранить равновесие, он невольно толкнул отблеск со стекла вперед перед собой.

Проявившийся, едва различимый знак, точно такой же, как и у мага, сразу растаял. Заставив Дика улыбнуться и после этого спокойно заснуть.

Поутру, первым делом он повторил свою манипуляцию по выталкиванию рисунка, чтобы проверить не сон ли он видел.

Бледный иероглиф завис перед ним, и Дик поймал его на ладонь руки, ощущая подъем сил и легкость в голове.

- Работает – криво улыбнулсяочень довольный пират. Конечно, его знак не шел в сравнение со знаком мага, который на глазах излечил изломанную руку. Но Дик решил, что это дело тренировок. До конца текущего плавания было еще далеко, и он запланировал, воспользоваться этим временем на полную.

Удачно начавшийся день, перетек в выматывающую тренировку на которой ему пришлось показывать позиции ведения схватки и соревноваться почти с каждым членом абордажной команды. Знания его были специфичны, иногда не применимы на раскачивающейся палубе. Умение пользоваться кинжалом признали за ним все. Теперь он стоял, показывая вторую и третью позиции для отражения удара и контратаки.