Три

Пират был одновременно бестелесным и материальным. Обе грани Дик видел четко и явственно, чего со слов Лайты быть никак не могло. Колыхающееся в пространстве материальное не призналось пленницей, как и выглядевшая словно живая, едва двигавшейся подвижная серость.

Списав это на неопытность и невозможность воспринимать навалившееся и новое, она посмеялась над Диком, почти приказав не отвлекаться на галлюцинации и следовать ее указаниям.

Стоя рядом с телом Дик в безграничной решимости, дотронулся до духовной оболочки пирата выполняя инструкцию своего учителя.

- Морчаддъ – произнес он свое сильное слово одновременно чувствуя в ладони холод. То как его переместило, он почти не заметил, раз и вокруг медленно светлеющая липкая темнота.

Пара шагов и пред Диком показался сидящий на бочке пират, с тлеющей трубкой в руке. Глубоко затянувшись он изучающе посмотрел с сторону Дика, криво улыбаясь.

- Заждался я – уверенно произнес он.

Дик развернулся и дернув нить на себя вылетел из тела пирата. Через мгновение он был рядом с Лайтой.

- Могла бы и догадаться – скривилась она, в хищном оскале – это закладка от Терца, не знала, что такое освоил. Теперь придётся убить сначала стража, иначе как тело проснется, то сразу ринется к капитану.

Дик молчал, ожидая продолжения.

- Убить быстро получиться только – на краткий миг она замерла и решительно кивнула сама себе – смотри это наша фамильная тайна. На что только не пойдешь ради свободы.

Сформировав едва видимый сложный знак, она толкнула его в сторону Дика.

- Возьми в руку и быстрее обратно. Ударишь этим стража, будь уверен одного удара хватит. И поторопись он скоро развеется.

Дик подхватил сложно переплетению сферу и почти сразу оказался рядом с пиратом.

Думая о предстоящей схватке, он быстро открыл проход, будто делал это не одну сотню раз.

- Заждался я – снова произнес пират вставая.

В руке Дика оказался .. Кинжал, которого еще мгновение назад не было.

Легко увернувшись от выпада стража, пытавшегося достать его своей трубкой, он всадил кинжал ему в открытый бок.

Пират замер. Следующий удар пришёлся ровно в сердце, породив яркую вспышку развеявшегося кинжала.

Темнота накрыла сноходца, липкая и сырая.

Веря в то, что он должен был победить, даже с одного удара, Дикиус зажег перед собой яркую лучину, осветившую грязный трюм небольшого корабля.

Пол устилали кандалы и части шевелящихся человеческих тел.