Убить Первого. Том 1.

Их неуклюжие, неумелые удары не могли не то что задеть Эдвана, даже навредить наполненному атрой телу. В конце концов, они были всего лишь учениками первого года, которые ещё не научились толком контролировать энергию, в отличие от их жертвы. Удары Эдвана ломали кости, благодаря атре он мог швырнуть врага в стену с такой силой, что с неё осыпалась побелка. Через несколько мгновений группа хулиганов превратилась в кучу стонущих от боли тел, которые сквозь зубы посылали проклятия на его голову. Он не сказал в ответ ничего, просто развернулся и быстрым шагом направился в сторону столовой, провожаемый осуждающими взглядами толпы.

— Сила второй ступени… — удивлённо перешептывались зеваки.

Эти голоса и боязливые взгляды таких же первогодок, как он сам, не укрылись от Эдвана. И хотя парень не знал, почему в толпе вдруг посчитали, что он уже на второй ступени, развеивать новообразованный миф он не стал. Слухи в академии разносятся быстро, а значит, уже совсем скоро самые слабые из шакалов перестанут докучать ему, и план Мариса развалится на корню.

По дороге в столовую он подрался ещё три раза, и в каждой схватке старался бить врагов настолько жёстко, насколько это вообще возможно. Он выжимал из памяти максимум, не стеснялся ломать кому-то кости и швырять врагов послабее в стены. Да, ему попадались и старшие ученики. Те, кто мог биться с ним на равных. И с ними приходилось трудно. Конечно, никто из них не обладал боевым мастерством из прошлого, но грубой силы и численного превосходства оказалось достаточно, чтобы создать неприятности любому.

Эдван был вынужден биться так яростно, как только мог. Он использовал грязные трюки, кусался, рычал, бил в промежность парней и ломал носы девчонкам, если те решались напасть вместе с остальными. Особенно жестокой дракой выдалась последняя, когда его перехватили на обратном пути из столовой. Трое старших учеников. Одному из них Эдван сломал три пальца, второму повредил ногу, а третьему чуть не раскрошил бубенцы. Только этот подлый удар и позволил сбежать от этой троицы.

И, хоть их план по доставке неугодного ученика к молодому господину Морето провалился, наваляли они парню крепко. Когда Эдван приполз обратно в свою комнату и подпёр дверь сундуком, на нём не было живого места. Вся спина отбита, под рёбрами синяки, а в голове такой звон, словно он стоял вплотную к гонгу во время удара. Руки слегка тряслись, а перед глазами всё плыло. Мысли текли очень вяло, Эдвану хотелось просто рухнуть и лежать.