Лиан Ферон – охотница за головами (16+)

Так что я даже не стала пытаться. Снесла дверь с ноги, вошла в лавку. Парень дилер так испугался, что подпрыгнул со своего места и стукнулся головой о полку, висевшую над ним. А вот охранный АИ среагировал как надо, пытался поразить меня высокочастотным плазменным разрядом, его ещё называли «молния», хотя он был гораздо убойнее молнии. Система распределила избыток энергии, перехватила контроль над энергосетью АИ, и выжгла ему мозги. Я даже моргнуть не успела. Вот это я понимаю – настоящее военное снаряжение.

Интересно, охранные АИ всегда стоят у них в лавках, или они появились, когда мафия прознала о готовящемся контракте? Впрочем, это был праздный вопрос, гораздо больше меня интересовало то, где этот дилер хранит наркотики.

Продавец и сам выглядел «обдолбанным». Я включила подсистему подавления психики. Мне не нужно было, чтобы у парня расплавились мозги, я только хотела скачать то, что он знает. В сознание полился пси-материал. Всё ясно, можно выключать.

– Хочешь жить, не двигайся – предупредила я.

Я прошла в подсобные помещения, «дурь» была в защищённом хранилище. Нужен был код, а ещё генетический материал дилера, ну, или лазер высокой мощности, как тот, что у меня в системе. Главное, аккуратно срезать боковину, чтобы не зажарить то, за чем я пришла.

Всё прошло прекрасно, я взяла расфасованный в брикет «товар», помахала им на камеру у выхода, и отправилась на авто в притон на пустыре, в десяти километрах от основных кварталов.

Если бы я хакнула их терминал, и слила деньги в чип, чтобы привлечь внимание мафии, скорей всего, за мной бы отправили продажных «копов». Как известно, убивать «копов» это очень плохая идея, даже если они прогнили насквозь. Я бы точно не хотела светить свою ДНК в базе Кольца, а тем более отдавать на глубинное сканирование моё сознание. А этим бы всё и закончилось, если бы я разобралась с «копами».

Забавно, что некоторые методы торговцев стимуляторами восходили ещё к древнему банковскому делу. Например, «товар», лежащий у меня в сумке, был маркирован, и я точно знала, что теперь моё местоположение отслеживается. Когда деньги ещё имели материальный носитель, его часто маркировали, чтобы можно было отследить в случае кражи.