Путь отречения. том 3 Последнее пророчество

Последнее он мог понять лучше многих. Но ему было легче. Якир не знал другой жизни и даже не имел о ней представления, а Лирамель знала и выбрала свой путь добровольно. Дважды. Ее жертва была больше той, которую принес он сам. Возможно, многие бы так не посчитали, но только не Якир. И не теперь.

            Убедившись, что карточки достаточно прогорели, он тяжело встал и, приоткрыв напоследок окно, спустился вниз. Нескольких минут хватило, чтобы успокоиться и скрыть внутренние смятение и боль – уж что-что, а это Якир умел хорошо.

            Ни Лирамель, ни ее охраны, ни гонца уже не было. Выйдя в зал, Якир осмотрелся и, убедившись, что большие и малые ворота заперты, решительно направился к потайной двери. После смерти Карла его дубликат ключа перешел к Якиру. Знал об этом пока только Кристиан. Он сам снял с шеи брата цепочку, когда готовил его тело к погребению.

Закрученные в узкую спираль ступени тонули в густой темноте. Поскольку дежурного факела не было, а остальные Якир сам же приказал не зажигать, подниматься пришлось вслепую, на счет. Главным было не пропустить нужный пролет.

            На всякий случай постучав, Якир громко назвал свое имя и, подождав немного, отпер ведущую в королевскую спальню дверь. Замок поддался с трудом, но в конце концов жалобно скрипнул и выдал громкий победный щелчок.

-Ваше Высочество… - осторожно отодвинув край гобелена, Якир заглянул внутрь спальни и, не увидев никого, перешагнул порог. 

            В комнате было сумрачно. Тяжелые портьеры плотно закрывали окно, и только сквозь едва заметную щелку падала на ковер будто бы сотканная из пылинок полоса света.

            Увидев спящего на постели Марка, Якир остановился и нахмурился. Герцог даже не проснулся и был настолько бледен, что в полумраке обрамленное темными волосами лицо казалось почти белым.

-Ваше Высочество? - Наклонившись, Якир осторожно тронул Марка за плечо. – Вы в порядке?

            Тот не ответил. 

            Похолодев от дурного предчувствия, Якир присел перед кроватью на корточки и дотронулся до его лба. Вздрогнув от прикосновения, герцог на мгновенье приоткрыл глаза и недовольно скривился.