Путь отречения. том 3 Последнее пророчество

Земар-ар был умелым кукловодом. Он водил во тьме ее народ долгие столетия… Так долго, что даже увидев свет, они испугались и не узнали его.

— Я хочу увидеть вашу дочь, — спокойно произнесла Лирамель, открыв глаза. – Проводите меня к ней.

Толпа умолкла. Люди явно не ожидали такого ответа. Не ожидала его и та, к кому он был обращен. Удивленно нахмурившись, женщина неподвижно стояла, будто не в силах пошевелиться.

-Иди, Тэн! Иди же! – Подтолкнув ее в бок, коренастый краснощекий мужчина поклонился Лирамель и махнул рукой в сторону видневшихся за толпой домов: – Тут недалеко, Ваше Величество! Сейчас я разгоню этих баранов.

Повернувшись, он зычно крикнул, чтобы народ расступился, и, не дожидаясь, начал расталкивать оторопевших людей, прокладывая в толпе живой коридор.

-Якир, - не оборачиваясь, позвала Лирамель, - возьми шестерых и следуй за мной.

-Ли… - Быстро спустившись, он плечом заслонил ее от народа. – Что ты надеешься им доказать?

Взглядом попросив его отойти, Лирамель покачала головой и решительно пошла вперед.

Она не знала, что ответить, поскольку сама еще не поняла родившийся в душе ответ. Легко было забыть о брошенных в лицо обвинениях, но не думать о ребенке, чью жизнь Земар-ар вновь использовал в своих целях, Лирамель не могла. Земар-ар бросал вызов не ей, а в самое небо.

«Так бывает, Ветерок, - сами собой всплыли в памяти слова Карла, - иногда одна жизнь становится гораздо важнее сотен и даже тысяч… И хотя чаще происходит совершенно наоборот, об этом следует помнить».

Идти действительно пришлось недолго - площадь Шаома оказалась раз в десять меньше той, что белела перед дворцом Пата. Узкие домики из белого камня в один-два этажа росли прямо из брусчатки словно грибы. Тесно прижатые друг к другу, так что между ними мог пройти только один человек, они выглядели как игрушечные. Маленькие квадратные окна, закрытые разукрашенными витражами, только усиливали это впечатление.

В доме, к распахнутой двери которого ее вынесло людское море, было светло и чисто, хотя довольно бедно.

Остановившись на пороге, Лирамель бегло осмотрелась. Вслед за ней, держа руку на рукояти меча, вошел Якир и еще два офицера, остальные вместе с народом, толкаясь, теснились возле окон.

— Сюда, Ваше Величество, — голос женщины заметно дрожал то ли волнения, то ли от страха. – Только прошу вас, не шумите. Дочь очень боится громких звуков.

Послушно зайдя в узкую белую дверь, Лирамель очутилась в душной комнатке.