Левиафан. Игры богов

Беда надеялся, что своим последним действием ангел не успел передать эти знания другим. Иначе у них могли возникнуть серьезные проблемы, ведь никто не знал, где пролегают границы возможностей нового бога из южных земель.

Утро встретило их хмурым сумраком и мелким переменным дождем. К счастью, фён подул сильнее, теплый ветер разгонял клубы холода, торопившие людей в объятия осени. Настроение отряда немного улучшилось. Учитывая ночные приключения, Белен решил нарушить устоявшийся порядок и поднять людей позже, за пару часов после рассвета.

Сирона все равно встала раньше и к тому моменту, как Ансгар, продрав глаза, бросился нагишом в протекавший неподалеку пруд, она уже подстрелила двух зайцев. Одного Огмиос тут же освежевал и они неплохо позавтракали. О путешествии в Лимб теперь вспоминали не так мрачно, будто это казалось кошмарным сном.

– А вот был бы трофей! – рассмеялся Ансгар, ехавший чуть впереди. Они вновь двигались по тракту, все больше забирая к востоку, в направлении Стоунхейвена, что стоял у самого побережья.

– Насчет крыла не знаю, – хохотнул в ответ Огмиос. Что у одного, что у второго смех напоминал грохот камней, перекатывающихся в холщовом мешке. – Хлипкие они какие-то, думается мне – растают, если их оторвать. А вот шлем или рукавица стальная – вполне себе трофей. Из такого умелый кузнец может что и скует.

– Это вряд ли, – подал голос Беда, в этот раз друид на своей кобылке двигался впереди всех.

– Ты ничего не понимаешь в трофеях, друид! – беззлобно огрызнулся Ансгар. – В следующий раз точно что-нибудь оторву у одного из крылатых. Хоть палец с перчатки! Слышишь, Огмиос, один такой палец сойдет за твой серебряный браслет?

– Едва ли, друг мой, едва ли, – ответил Огмиос, чуть отставая, чтобы поравняться с Ансгаром. – А что, много у тебя особых трофеев? Вижу четыре браслета, круто для наемника.

– Эх, беззаботная молодость, – улыбнулся воин. Он снял шапку и поскреб во мраке нечесаных волос. – Я сам то родом с севера, из Инбир-Ниса. В 12 лет убил сына местного короля за то, что эта мразь насильно испортила девку. Понятно, что все верно сделал, но по закону его судить надо было. Короче, сел я на корабль и два года плавал вдоль северного побережья. Раз с пиратами бились, я вроде даже зарезал кого-то в суматохе.