Левиафан. Игры богов

А суть эта на первый взгляд не отличалась особой сложностью – нужно было всего-то пройти по тракту на север до Абердина, где их будет ждать корабль. На судне они проплывут вдоль восточного берега земли притенов до самых Оркадских островов. Их цель – безымянный остров на востоке (Альбион заверил Белена, что Огмиос, экзактатор Коннстантина, определит этот остров, едва увидит его).

Белен не стал ломать голову над тем, почему для столь простого задания потребовался именно он. Загадка эта на данный момент не имела решения как минимум потому, что парень даже не знал, что значит «именно он».

Помочь в этом мог лишь Коннстантин, но лишь после того, как парень принесет ему Клинок Нуады. Получается замкнутый круг. А как выйти из замкнутого круга? Верно, войти в хмельной зал.

Глава 9. Пряжа вёльвы

Белен покинул дун и удивился, увидев, что бледное пятно света за серой пеленой облаков перевалило далеко за середину дня. Ему казалось, что он провел в обители короля не больше пары часов, но оказалось, что он пробыл там гораздо дольше.

Стоя у внешних ворот дуна, Белен в задумчивости похлопал лошадь по шее, Брайса добродушно крякнула. Она была сыта и готова к любому путешествию, чего нельзя было сказать о ее седоке. В дуне ему даже не предложили перекусить, да и не хотелось как-то. Зато теперь желудок Белена вовсю возмущался тем фактом, что хозяин уже достаточно давно не уделял ему должного внимания.

Парень вернулся к площади, на которой этим утром распрощался со своими попутчикам и направился в западном направлении, памятуя, что именно туда поехал Ансгар.

Где-то там должен находиться хмельной зал, хотя вполне могло оказаться, что в таком крупном городе как Перт, таковых залов было два, а то и три.

Он двигался вдоль широкой дороги из камня, а вокруг него взад-вперед сновали люди, пешие и конные. Палаток и шатров с торговцами было сравнительно немного, и все же Белен впервые видел такое большое количество притенов в одном месте.

Где-то звенел кузнечный молот, кто-то ругался, кто-то кого-то проклинал именем Домну, королевы фоморов.

Наконец Белен с облегчением увидел характерное длинное здание, выделявшееся из череды традиционных для притенского поселения круглых домов. Как он уже понял, хмельные залы везде строили одинаково. Он спешился, оставил лошадь у коновязи (как истинный притен не забыл снять с луки и прихватить с собой одну из секир) и толкнул приоткрытую дубовую дверь.