Левиафан. Игры богов

Он тут же глубоко вздохнул, заставляя себя успокоиться. – Короче, парень, глупо думать, что я могу навредить собственному народу.

– Но даже если победишь фоморов, глупо думать, что тут же избавишься от столь могучего оружия, не так ли? – Кернунн наклонил голову на бок, с прищуром взглянув на брата. – Зная тебя, думаю, что все будет наоборот – ты применишь его во второй раз, уже по менее существенному поводу. А потом еще раз, и еще. Нетрудно предположить, чем все закончиться.

– Я прошу прощения, – Белен деликатно кашлянул.

Два бога тут же прекратили перепалку и воззрились на него своими нечеловеческими глазами. Парень собрался с духом и продолжил. – А мне нельзя просто оставить это здесь и пойти прочь с друзьями? А потом вернуться, когда вы разберетесь? Просто ведь Конн… то есть Луг обещал мне память вернуть.

– Думаешь, сумеешь? – Кернунн смерил брата цепким взглядом. – Преуспеешь там, где я не смог? Ты ведь сказал, что не лгал парню.

– А я и не лгал! – огрызнулся Луг. – Я действительно могу. Представь себе, в кои-то веки мне известно что-то такое, о чем мой многомудрый братец не ведает!

– Получается, вы просто нами манипулировали, – неожиданно проговорила Сирона.

В свете происходящего Белен совсем забыл и о ней, и об Ансгаре. Точно, наемник!

– Ансгар умирает от яда Мату! – выпалил парень, переводя взгляд с одного бога на другого. – Помогите ему! Вы же боги!

– Сколько прошло? – спросил Луг, деловито глядя на Кернунна.

– Два часа, – констатировал тот.

– Значит, выживет, – пожал могучими плечами Луг.

– Крепкий наемник то ваш!

– Выживет, – кивнул Кернунн. – Это точно. Не волнуйся, Белен. День-другой его полихорадит, но потом пойдет на поправку. Яд Мату убивает в течение двух часов или не убивает вообще. Мы уже видели такое, да, брат?

– Ага, – согласился Луг. – Треклятый Маг Туиред!

– А ведь ты… – Кернунн внимательно посмотрел на Сирону. – Теперь, в своем истинном обличье, я, наконец, понял. На тебе печать Домну.

– Бедно дитя, – Луг покачал головой, голос его стал мягче. – Думаю, мы сможем это исправить.

Это проще, чем помочь Белену с его… проблемой.

– Но это не отменяет того, что вы просто играли нами, – Сирона с нескрываемой злостью смотрела на двух богов. – Передвигали, как фигуры в товисахе. И ничего наши жизни для вас не значат!

Белен внезапно подумал о том, что среди чувств, не ведомых Сироне, числится не только страх. По всей видимости, благоговейный ужас пред богами, свойственный смертным, ей тоже не известен.

Боги переглянулись.