Левиафан. Игры богов

Бросок вышел отличный, он не нанес чудовищу видимого ущерба, но сделал главное – привлек его внимание к Белену. Правая рука тролля на пару мгновений прекратила изрыгать пламя, монстр перевел ее на парня и вновь начал творить свое грохочущее колдовство.

Позже Белен вспоминал эти мгновения, отчетливо понимая, что там, в каменной утробе древних подземелий, они казались ему долгими часами. Он бегал от стены к стене, то отдаляясь от тролля, то опасно приближаясь к нему. Когда он подходил слишком близко, чудовище пускало в ход руку с огромным мечом, не переставая при этом изрыгать огонь другой рукой.

Ситуацию осложнял тот факт, что единственный факел, освещавший тролля (второй забрал друид и забился с ним в дальний угол), валялся поодаль и уже догорал.

Белен дважды попался – первый раз лезвие огромного клинка полоснуло по ноге, прорезав штаны и оставив глубокую рану на лодыжке. Второй раз его плеча коснулся магический огонь тролля, одежда мгновенно вспыхнула ярким пламенем, а кожа под ней – нестерпимой болью.

Парень рухнул на землю, пытаясь сбить пламя, а потом вновь подскочил, убегая от размашистого удара исполинского меча.

И когда парень неожиданно понял, что тролль загнал его в угол, когда он осознал, что если даже сумеет увернуться от магического огня, перепрыгнуть его, то в воздухе обязательно напорется на подставленный клинок, когда он судорожно сглотнул, готовясь к прыжку, который, как он понимал, станет последним в его жизни, Беда выкрикнул слова.

– Справедливость и есть сила! – друид сумел перекричать даже грохот пламени тролля, вложив в этот крик все свое отчаяние.

Он ведь отлично видел, в каком положении находится Белен, и понимал, что за гибелью парня последует его собственная гибель.

Слова сработали. Тролль тут же прекратил изрыгать колдовской огонь, он отошел от Белена и встал в то место, где находился до их прихода. Затем чудовище медленно опустилось на колени и вжало голову в грудь. Багровое пламя в прорези лица медленно погасло. Белен бросил взгляд на входную дверь – та плавно скользнула в сторону, открывая проход.

Некоторое время они стояли на своих местах, тяжело дышали, приходили в себя. Затем Белен подобрал почти сгоревший факел и двинулся по комнате в поисках своих секир (или того, что от них осталось). К тому моменту, как он нашел оба оружия, Беда достал из переметной сумки новый факел и поджег его от своего старого, тоже почти догоревшего.

– Дерьмовые у них заклинания, – констатировал парень, подходя к Беде.