Особый приказ

Волхва отбросило назад – на теле его осталась длинная обугленная полоса.

Не переставая стонать, волхв отступил еще на несколько шагов. Очень осторожно, ожидая нового броска, Умов поднял руку для выстрела – волхв прыгнул снова, вот только не к Умову, а прочь от него, не дожидаясь следующего удара. Маг перевел дыхание, глядя, как тварь вновь исчезает меж деревьев. Он уже слышал треск извне: не сверху, не снизу – именно извне.

Мир вокруг закрутился и свернулся в клубок. Не успев опомниться, Умов очнулся в окружении товарищей и ощутил зубами горлышко фляги.

– Живой? – спросил Изяслав, вглядываясь в его лицо. – Ваня, ты цел?

– Да… – просипел Умов, с трудом ворочая непослушным языком. – Хвала кесарю небесному, цел…

Глава 15

«Важно отметить, что лодомерцы редко охотятся на порождений Бездны у границ. Говорят, будто чудовища там встречаются не так часто. Полагаю, что, кроме того, они не хотят слишком расчищать границу, поскольку степняки-верлы при всей их жестокости и опасности сторонятся демонов».

Сигизмунд фон Айзенштайн, «Записи о лодомерской жизни»

– Как себя чувствуешь? – Изяслав навис над Умовым, и по его хмурому лицу маг понял: не для проформы спрашивает, а в самом деле переживает. – Говорить можешь?

– Да… Да, могу, – Умов пошевелил головой. – Волхв где?

– Жив и относительно цел, только без сознания, – сказал Петр. – Мозг его ты не повредил.

Умов шумно выдохнул. Товарищи уже вытащили его из круга и уложили на широкую лавку, расстегнули кафтан, подложили под голову валик.

– Я ничего толком не нашел, – просипел Умов. – Похоже, у меня не вышло.

Изяслав помолчал, потирая бороду.

– Могло быть куда хуже, – наконец, честно сказал он. – Тем не менее, я жду рассказа о том, что ты видел. Разумеется, когда более или менее придешь в себя. Часа хватит?

Умову помогли добраться до покоев, и теперь он лежал на кровати, почти в одиночестве – сидевший у двери Богдан не издавал ни звука, старательно делая вид, будто его тут нет.

Зимородок родился неподалеку от Танны, – это же он говорил и на допросах – родился с колдовским даром и его приметили почти сразу.