Авгур. Наследие

Тряхнув головой, принцесса постаралась отвлечься от грустных мыслей и решила подумать о том, что ждёт её впереди. Она уже не сомневалась в том, что граф Гильм вскоре возьмёт столицу и отвоюет дворец, но что дальше? Позволит ли он ей занять трон своего отца, или же предпочтёт воссесть на него сам?

Да, пусть он обещал Веронике, что она станет королевой, пусть, по словам Диаса он был человеком слова и чести, но всё же смутный страх, поселившийся в душе, никак не хотел рассеиваться.

Возможно, всё дело в том, что она знала, на что способен Ноэль Гильм — на себе испытала, сколь уязвимым бывает разум перед чужой, подавляющей волей.

А возможно, всё дело в ней самой — в том, как она изменилась с тех пор, как покинула последний приют. Как будто Его Сиятельство не просто вторгся в её сознание подчинив своей воле, но и исправил в ней то, что ему казалось неправильным и неуместным.

Скинув сапоги из мягкой кожи, Вероника устроилась на широкой, застланной тёплыми шкурами кушетке, повернувшись на бок и поджав ноги.

Необходимо поспать.

Ей показалось, что она едва сомкнула веки, когда её разбудил чей-то чуть хрипловатый голос:

— Ваше Высочество! Ваше Высочество, просыпайтесь!

Вероника села и сонно проморгавшись, посмотрела на совсем ещё молодого парня с красным обветренным лицом и копной соломенного цвета волос.

Пальцами собрав растрепавшиеся волосы, Вероника обулась и накинула на плечи шерстяной плащ с глубоким капюшоном. Об этом граф Гильм просил её заранее: когда наступит время, войти в столицу инкогнито — негоже принцессе и будущей королеве представать перед зеваками в пропылённой и мятой мужской одежде.

Выйдя из шатра, Вероника посмотрела на медленно выцветающее небо и светлую полосу на горизонте.

Близился рассвет.

Эндам отсюда выглядел удивительно мирным, будто и не его брали штурмом несколько часов назад.

К принцессе подвели осёдланную лошадь и она, не без помощи, взгромоздилась в седло, крепко ухватившись за поводья.

В столицу Вероника въехала в сопровождении двух десятков воинов: остальные вместе со слугами остались сворачивать лагерь.

Эндам встретил свою принцессу сонной тишиной, тёмными улицами и наглухо закрытыми ставнями.

Признаться, не таким в мечтах она представляла своё возращение.