Авгур. Наследие

— начал было он, но под выразительным взглядом своего господина осёкся и стушевался.

— Проследи чтобы к Её высочеству и леди Рагмар приставили охрану, — распорядился Ноэль и заметив, что Дамат растерялся ещё больше, хмуро спросил: — Что ещё?

— Леди Рагмар со своими людьми отправилась к западному флангу, — отводя взгляд, сообщил мужчина.

«Кто бы сомневался», — вздохнув, подумал Ноэль, вновь переводя взгляд на рыскающих вдоль магического барьера перерожденцев.

Когда первая тварь бросилась на невидимую преграду, напряжение в лагере сгустилось настолько, что казалось, его можно было пощупать руками.

Ещё один бросок, и ещё, и ещё...

Яростно рыча, перерожденцы бросались на защитную границу, и Ноэль, с некоторым беспокойством начал замечать, что магический контур постепенно истончается, несмотря на все усилия магов подпитать его своей силой.

Прошло совсем немного времени, прежде чем первая тварь сумела пробиться к лагерю.

У Ноэля не осталось времени на раздумья о том, почему вдруг перерожденцем удалось то, что до этого казалось невозможным. Он лишь успел заметить, как бросилась вперёд Сэй, сцепившись с огромной чёрной тварью, как совсем рядом тускло сверкнул клинок Диаса, а после графу стало не до того, чтобы смотреть по сторонам.

Ноэлю уже несколько лет не приходилось биться с этими тварями, однако навыков он не растерял, хотя и привык больше полагаться на магию, чем на меч.

Он уворачивался, делал выпады, ощущая, как острое лезвие клинка рассекает плоть, перерубает сухожилия и кости, отсекая конечности.

Рядом с ним, так же отчаянно сражались его воины.

В какой-то момент, Ноэль поскользнулся на мокрой от чёрной крови траве и ощутил, как теряя равновесие, заваливается на спину. Краем глаза он успел заметить готовящуюся броситься на него тварь, больше всего похожую на огромную облезлую лисицу. Граф Гильм осознал, что не успевает отбить эту атаку, но в последний миг, когда перерожденец его почти достал, рядом раздался смутно знакомый, властный голос от которого по коже пробежал мороз:

— Стой!

К удивлению Ноэля, тварь послушно замерла и тут же повалилась на землю, лишившись головы.

Подняв взгляд, граф уже знал, кого увидит перед собой, и всё равно оказался не готов: болезненно бледное лицо, на котором мрачно мерцали нечеловеческие лиловые глаза.