Авгур. Наследие

Возможно, со временем она нашла бы себе нового мужа или же так и осталась прозябать в глуши, не имея за душой ничего кроме титула, если бы однажды, на их пришедшие в упадок земли не наведался Ноэль Гильм.

Этот высокий темноволосый и синеглазый мужчина поразил её с первого же взгляда. Было в нём нечто... неуловимо притягательное. На него хотелось смотреть, внимать каждому его слову и Мира сама не заметила, как поддалась этому обаянию.

Графиня не знала, о чём именно Гильм вёл беседы с её отцом, но втайне надеялась, что речь идёт о заключении брачного союза. Да, пусть род Ордэлов давно обнищал, однако был одним из самых древних в Асгалоте, сумев удержать и сохранить свои земли даже после фаргаротского восстания, так что породниться с ними могло оказаться весьма полезно для репутации.

Однако матримониальные надежды Миратты так и не оправдались — Ноэль Гильм не собирался на ней жениться, но сумел предложить нечто гораздо более заманчивое.

Он ссудил её отцу достаточно крупную сумму денег, помог с провизией на ближайшую зиму, даже прислал своих воинов разобраться с разбойниками, которые объявились на одном из главных ордэлских трактов. В обмен же, взял с Миратты и старого графа обещание, что когда придёт время, он попросит их об ответной услуге и те, в свой черёд, обязуются исполнить её.

А потом случилось Вторжение и два года бесконечного ужаса и отчаяния. Опять же, если бы не помощь Гильма, земли Ордэлов и все люди, живущие на них, были бы полностью истреблены перерожденцами. Тогда, граф прислал не только воинов-Охранителей что помогли расправиться с порождениями Мрака, но и, неожиданно, коссхов, которые установили магическую защиту.

А ещё через полгода, Ноэль Гильм через свои связи помог Миратте устроиться при наследнике в столице, и вот тогда-то настала пора графине отдать свой долг.

И вот уже семь лет она вела тайную переписку с Его Сиятельством, сообщая ему обо всём, что происходит в Эндаме. Дело, конечно, весьма опасное и если Миру разоблачат, то её ожидают допросы и тюремные застенки, поэтому приходилось быть весьма осторожной.