Путь отречения. том 2 (II часть) Последняя воля

Бессонные ночи были ему не в диковинку — Параман привык к такой жизни, хотя предпочитал спокойную и сытую роскошь, положенную и по праву рождения, и по статусу.

Дождь пошел ближе к утру. Сигнальные огни на башнях Бартайоты были еще едва видны, когда на дорогу упали первые тяжелые капли.

— Ой! — дернувшись, проснулся Поль. Оглядевшись, он поднял к Параману бледное лицо и сдвинул густые черные брови. — Я не заметил, как уснул, простите, Ваше Высочество.

— Тебе так нравится просить прощения? — Поглубже накинув на него капюшон, Параман улыбнулся.

Не ответив, мальчик прижался к нему спиной и зябко поежился.

— Как вы думаете, примет ли меня ваш отец? — спустя некоторое время спросил он. — Вы сообщили ему, что…

— Нет, не сообщал, — раздраженно оборвал Параман. — Если хочешь услышать мое мнение — то нет. Ты — живое напоминание Тарэму о его скором падении. Король не станет раздражать Совет. Почему твоя мать решила, что тебе лучше продолжить путь, я сказать не берусь. Если, конечно, это было ее решение.

— Тогда не лучше ли будет мне не показываться в крепости? — В голосе Поля послышалась обида. — Возможно, если бы вы дали мне лошадь, я смог бы отправится к границам.

Засмеявшись, Параман наклонился и еле слышно прошептал:

— Хочешь предупредить Кристиана, что я — предатель? Но он и так уже знает об этом, потому как, кроме меня, сообщить отцу о его планах было некому.

Мальчик кивнул.

— Вы правы. Но я мог бы объяснить ему, зачем вы это сделали и какие у вас мотивы. Для чего нам война? Ее ведь никто не хочет! Уверен, дядя Карл что-нибудь придумает.

Чуть натянув поводья, Параман смахнул со лба щекочущие капли дождя. Отправлять мальчика одного было опасно, но его совет выглядел не таким уж и глупым.

— Хм, — задумчиво протянул он. — Пожалуй, я приму твое предложение, Поликарп. Только у меня есть условие.

— Какое? — спокойно поинтересовался тот.

— Будешь в долгу. Передо мной и моей семьей — и за себя, и за младшего брата.

— Я и так в долгу перед вами, — Поль пожал плечами и, высвободив из-под плаща руку, торжественно поднял ее ладонью вверх.

— Тише, — шикнув на него, Параман оглянулся на едущего позади офицера. Понурив голову, тот подремывал в седле. — Не стоит направо-налево кричать о происхождении моего отца, мальчик — неизвестно еще, кому придется надеть корону!

— Простите, — смиренно произнес Поль. — Но клятва должна быть по форме.