Путь отречения. том 2 (II часть) Последняя воля

Всю оставшуюся до вечерней стоянки дорогу она чувствовала на себе его внимательный взгляд и с тревогой вслушивалась в частое хрипловатое дыхание.

 

К вечеру небо затянулось серой дымкой и заморосил мелкий дождь. Темнело быстро, и с болот поднялся такой густой туман, что Якир побоялся сбиться с пути. Привал пришлось устроить, как только попался более или менее крупный островок.

Пока Карл разжигал костер, чтобы вскипятить воды, а Лирамель мастерила тент из двух плащей и веток, лорд Варута ушел поискать что-нибудь съестное.

Под «чем-нибудь» он разумел вышедших на охоту змей, поскольку они вполне годились в пищу. Несмотря на голод, Лирамель вскоре так устала, что как только укрытие было закончено, сразу же залезла внутрь и, завернувшись в шерстяное одеяло, которое Якир самоотверженно тащил всю дорогу, мгновенно уснула.

Ей снился Большой Мир: Марк, играющий с детьми в железную дорогу, старый ленивый кот, растянувшийся на подоконнике… Все было так реально, что проснувшись от резкого гудка синего паровозика, Лирамель некоторое время не могла понять, где находится.

Снаружи стало совсем темно. Редкие капельки барабанили по тенту, стекая в небольшую лужицу, отчего ткань немного провисла. Якир сидел у костра, накрывшись с головой плащом. Его сгорбленная фигура на фоне рыжих искр на мгновенье вернула в прошлое. Лирамель вспомнился их поход в Бартайоту и собственное отчаяние. Тогда она была совсем юной и глупой.

— Проголодалась? — тихо спросил Карл, завозившись где-то слева. Он лежал совсем рядом, Лирамель чувствовала его тепло и слышала дыхание.

— Нет, — зачем-то солгала ответила она. — Но, похоже, выспалась. Утро скоро?

— Часа через три… — В голосе брата послышалась улыбка. Тронув за руку, он заставил Лирамель наклониться и чуть слышно прошептал: — Якир на рассвете повернет к замку. Поговори с ним. Сделай это сейчас.

— Зачем?

— Просто послушайся меня. Ты поймешь после. Некоторые нити нужно обрывать сразу, а некоторые лучше сматывать и хранить до времени, пока они не понадобятся.

Тебе решать, как поступить.

Лирамель вздохнула.

— Я бы охотнее поговорила с тобой, Карли. У меня на душе скопилось многое, что давно следовало бы сказать. Тяжело все время себя переламывать.

— Знаю, Ветерок. Но у нас еще будет время. Я обещаю.

Поняв, что спорить бесполезно, Лирамель послушно встала и, укрыв брата одеялом, пошла к костру.

Якир дремал сидя. Его темно-пепельные волосы смешно топорщились из-под капюшона, падая на высокий лоб и закрытые глаза.