Путь отречения. том 2 (II часть) Последняя воля

— Я сложу с себя полномочия, которые так любезно были отданы мне Ведущей и главами Десяти, а также, — он сделал паузу, — отменю опрометчивое решение относительно нескольких дорогих нам обоим человек. Мне совершенно не хочется пачкать Лаусенс родной кровью, да и тебе, уверен, тоже. — Заметив, что Лирамель вздрогнула, Кайл показательно развел руками: — Не очень красивый ход, согласен, но я достаточно изучил тебя, чтобы рассчитывать на согласие. Теперь, когда Карл сможет продолжить Ведущую, больше не нужно выбирать.

Поэтому мои условия: Бартайота и ты как гарант безопасности и неприкосновенности.

Кристиан тяжело вздохнул и вопросительно посмотрел на близнеца. Карл молчал.

— Параман? — тихо спросила Лирамель, обратившись к кузену. — Он говорит правду?

Кузен отвел взгляд и едва заметно кивнул. Слова Кайла были такой же истиной, как и то, что судьба больше не обязывала ее жертвовать теми, кого она любила. 

— Не хотите ли поторговаться? — нарушив короткую тишину, с сарказмом спросил Карл, вынудив дядю повернуться.

— Фирсару будет интересно узнать, кто подставил его Тарэму...

Грязно выругавшись, Кайл раздраженно прищурился и несколько секунд не сводил с Карла пристального взгляда.

— Что ж, можно и поторговаться, если настаиваешь, — медленно протянул он, скрестив на груди руки. — Чего ты хочешь?

— А чего хотите вы?

— Пять лет, Валлор. Всего пять.

— Три года, — показав на пальцах, отрезал Карл. — И письменные гарантии. В качестве компенсации я согласен на Вибр.

Отпишете земли Али-Нари. Как-никак это вотчина изначально должна была принадлежать ей.

— Да ты наглец!

— Учусь, — невозмутимо откликнулся Карл и, в упор взглянув на Парамана, добавил: — Если договор будет нарушен, даю слово, что перебью весь ваш род до последнего человека. И начну с Шаддана. Не сомневайтесь, я это сделаю. Закон дает мне такое право при наличии доказательств, а они у меня имеются. Убийство моего деда, бабки, отца, несчастной Амейи, герцогини Нарины, герцога Алана… Думаю, не нужно перечислять остальных детей Ведущей, которых вы с легкой руки Тарэма и по собственному произволению отправили на тот свет?

Кайл укоризненно покачал головой, а затем громко расхохотался.

Лирамель заметила, что несмотря на железное самообладание, в его глазах полыхнул гнев. Если бы дядя мог, то, наверное, придушил бы Карла собственными руками.

— Хорошо, Ваше Величество, — с сарказмом, произнес он. — Я согласен на все твои условия.