Вторая модель

Не подумал, что перехватчикам отдадут приказ сбить меня по обнаружении.

– Эта идея принадлежала Гроссу.

– Не сомневаюсь. Ну, а моя идея, моя концепция пришла мне в голову в тот самый день, у меня дома, как только ты начал рассказ о новом проекте. Я сразу увидел, в чем ты неправ: ваша братия совершенно не понимает, что? есть человеческий разум. Увидел и понял, что пересадка человеческого мозга из органического тела в сложный рукотворный космический корабль отнюдь не повлечет за собой утраты разумом способности к мышлению.

Осознав это, я тут же понял: извечная мечта человечества становится явью. Во время знакомства с тобой, Филипп, я уже был весьма стар. Уже в те дни срок моей жизни довольно близко подошел к завершению. Впереди меня не ожидало ничего, кроме смерти, а с нею и гибели всех моих идей. А ведь я же, представь себе, не оставил в мире никакого, никакого следа! Мои студенты один за другим завершали учебу и уходили от меня в большую жизнь, на должности в великих Исследовательских Проектах, на поиски нового, еще более грозного оружия для новых, еще более опустошительных войн.

Долгое, долгое время наш мир воевал – сначала с самим собой, затем с марсианами, а после с этими существами, обитателями Проксимы Центавра, о которых нам ничего не известно. Человеческое общество превратило войну в полноценную отрасль культуры сродни математической или астрономической науке. Война – неотъемлемая часть нашей жизни, нашей карьеры, уважаемый род занятий.

Но присуще ли все это человечеству изначально? Не думаю. Врожденных социальных норм в природе не существует. Истории известно немало человеческих сообществ, которые не вели войн: например, эскимосы попросту не могли уяснить себе данной идеи, а американские индейцы так никогда к ведению войн и не приспособились.

Однако со временем все, так сказать, инакомыслящие были уничтожены, и современный культурный уклад сделался стандартом для всей планеты. Крепко укоренился в наших умах. Но если бы где-либо еще возник, закрепился некий иной способ урегулирования разногласий, не требующий ни человеческих жертв, ни напрасной траты материальных ресурсов…

– В чем именно состоит ваш план? – перебил его Крамер. – Эта теория мне известна. Вы излагали ее на одной из лекций.