Вторая модель

– Мы надеялись, что перекрытие Труб застанет вас под землей. Ваше присутствие здесь создает немалые неудобства. Когда наверх прорвались Советы, нам удалось изолировать их внизу без…

– Советы? Они прорвались наверх?

– Около полугода назад они неожиданно поднялись на поверхность, выяснить, отчего война до сих пор не выиграна, и нам поневоле пришлось поспешить. В данный момент они лихорадочно ведут к поверхности новые Трубы, дабы возобновить войну, однако мы успеваем закупоривать новые по мере их появления, – пояснил плюмбум, безмятежно оглядев всех троих.

– Значит, от своих мы отрезаны, – с дрожью в голосе подытожил Мосс. – Назад пути нет. Что будем делать?

– Но как вам удалось так быстро перекрыть Трубу? – спросил плюмбума Франкс. – Мы пробыли здесь всего два часа.

– На случай чрезвычайных обстоятельств подобного рода в каждой Трубе, немного выше первого горизонта, заложены мины. Зажигательные снаряды, плавящие и свинец, и камень.

Франкс, крепко стиснув в ладони рукоять пистолета, повернулся к Тейлору с Моссом.

– Что скажете? Вернуться назад мы не можем, зато можем натворить здесь множество бед. Нас полтора десятка. Каждый вооружен «бендером». Как вы на это смотрите? – спросил он, оглянувшись назад.

Однако солдаты вновь разбрелись кто куда, вернулись к выходу из бункера и встали снаружи, любуясь долиной и небом. Несколько человек осторожно карабкались вниз со склона.

– Будьте добры, сдайте оружие и гермокостюмы, – вежливо, мягко попросил плюмбум класса А. – Костюмы крайне неудобны, а оружие вам не понадобится.

Пальцы на спусковых крючках напряглись, выбирая слабину. От летательного аппарата, незаметно, бесшумно приземлившегося в некотором отдалении, к складу, в их сторону, шли четверо в русской военной форме.

– Так пусть свое и получат! – взревел Франкс.

– Они безоружны, – урезонил его плюмбум. – Мы доставили их сюда, чтоб вы смогли начать мирные переговоры.

– Мы не уполномочены вести переговоры от имени всей страны, – сухо возразил Мосс.

– Речь вовсе не о дипломатических ухищрениях, – уточнил плюмбум. – С таковыми покончено. Уживаться друг с другом в одном мире вас научит совместное решение повседневных насущных задач. Да, труд предстоит нелегкий, однако это будет достигнуто.

Русские остановились, и обе группы уставились одна на другую с неприкрытой враждебностью.

– Я – полковник Бородофф, и сейчас весьма сожалею о согласии сдать оружие, – сказал старший из русских.