Дракониада

Шоджи – парень, к банде которого я прибился – решил ненадолго уйти из грабежей и пожить по-человечески. Пришлось ходить в школу, изучать науки и всё такое. Но потом стало туго с деньгами, он снова подался в бандиты, а меня взял в соратники. Так – вещи таскать, палатки ставить – на грязную работу, короче.

– И который периодически тебя бил?

– Только когда напивался. У него... он хороший был, не судите о людях предвзято. Просто тяжёлая жизнь. И детство у него тяжёлое было. Шоджи часто говорил, что я – везунчик. Что попади я в такие же передряги, как он в мои годы, то.

Я замолчал. А директор покачал головой и откинулся в кресле.

– Рю, пойми, я против тебя ничего не имею. Я помню твоего брата – смышлёный был малый. Жаль, что так вышло, – он снова покачал головой и впервые с начала разговора стал походить на человека. – Жаль. Но вся твоя ситуация, она...

– Необычная?

– Очень. И, я боюсь, весь твой опыт, он... негативно скажется на учениках. Несмотря на многочисленные таланты, которые присущи каждому в семье Изуки.

– А то! – согласился я.

И сразу же заверил, что со мной проблем не будет. Я вгрызусь в гранит науки с невероятным упорством, какое у меня только найдётся. Выпивка, хулиганство, терроризирование младших учеников и прочие пакости – это не ко мне. Я и в самом деле хочу нагнать сверстников.

Директор вздохнул раз, наверное, в пятидесятый. И, твердя, что совершает самую крупную ошибку со времён собственного похода в Лабиринт, подписал бумаги. Меня зачислили в школу.

А поскольку до начала занятий оставалось всего ничего – как раз стартовал новый учебный год – меня завалили кучей литературы.

Киоко то и дело причитала – нечего мальчика так нагружать, он и без того многое пережил. Хана каждое утро спрашивала: ты уверен, что справишься? Я всегда отвечал кивком – уверен. Быстро завтракал и шёл наверх, в свою комнату, просиживая остаток дня за книгами.

Всё выучить я, конечно, не успел. Занятия начались дней через пять.

20. Школа

Ещё раз повторюсь – становиться ребёнком я не хотел. Все эти темы с попаданием в детство, рестартом собственной жизни и так далее и тому подобное – все они казались мне неправильным. Почему – трудно сказать. Было в этом что-то лузерское, что-то из серии "махать кулаками после драки" или "попади я снова в первый класс, я бы ТАКОЕ им всем показал!..". Не знаю, может дело и в этом.