Дракониада

По стенам, на трофейных досках, висели головы и конечности – от клешней и богомоловых лап, до мумифицированных щупалец и кусков бронированных панцирей.

Но разглядеть их мне не дали.

– Госпожа Хана! – воскликнула появившаяся в холле женщина.

– Киоко!

Они обменялись лёгкими поклонами. Женщина была полноватой, средних лет, со стянутыми в тугой шар чёрными волосами. Вся та нежность и забота, с какими она встретила Хану, мгновенно улетучились, стоило ей перевести взгляд на меня.

"Где ты выкопала это чудо?" – хотела она спросить.

Знаю – хотела. И только вежливость и правила этикета не позволили Киоко это сделать.

– Это Ючи, – Хана чуть приобняла меня за плечи. – Выживший с того поезда. Много дней блуждал по горам.

Служанка неодобрительно покачала головой.

– Он спас мне жизнь! В лесу двое негодяев, с разжиженными мозгами...

Хана затараторила, как сорока. И без лишних подробностей описала наше знакомство, на что Киоко только качала головой и ворчала.

– Говорила я вам, госпожа, что осмотрительнее надо быть.

Особенно в таких местах! Не забывать об оружии. С собой компаньона брать. Или поручать кому; травы собирать – нехитрое дело, любой справится.

А я стоял между двух огней и молчал.

На шум явился пожилой мужчина с вытянутым лицом. Волосы седые, губы поджаты, взгляд и манеры – как у дворецкого в десятом поколении.

– Макото! – Хана тотчас оборвала рассказ. – Макото, милый! Я оставила двуногов у ворот. Загонишь их в помещение, хорошо?

Слуга кивнул. Проходя мимо нас (меня он удостоил взглядом, полным презрения), шепнул:

– Я рад, что всё обошлось, госпожа.

Хана просто сияла от радости. Уж не знаю, отчего её так распирало, что ещё маленько, и волосы засветятся – то ли от запоздалого осознания, что она жива и невредима, хотя шанс был ничтожен, то ли из-за уюта домашней обстановки, с чучелами в витринах. Но я уже привык к странностям этой женщины.

Она распорядилась отвести меня в ванную, выделить чистую одежду, а после – накрыть стол. Киоко не стала спорить. "Идёмте" – единственное слово, которое она обронила в мою сторону.

Всё остальное – себе под нос. Из её ворчания я узнал, что Макото приходится ей мужем, что их всего двое постоянных слуг в доме – остальные приходящие – и что крайне тяжело вести хозяйство, когда твой начальник – учёный.

На всё это ушло от силы минуты две. Мы поднялись на второй этаж, два раза повернули направо, и оказались в просторной ванной комнате.

– Пользоваться умеете? Горячая, холодная, вот здесь – мыло.